* * *

— Что за суета? — Михаил Бестужев довольно легко выскочил из кареты и обратился к первому же знакомому придворному. — Лорд Велиар, я не понимаю, во всём Лондоне твориться черт знает что.

— Ах, граф, его величество получил жуткие вести. И не далее, как вчера и палата лордов, и палата общин проголосовали за то, чтобы послать к берегам Индии огромную флотилию из пяти десятков вымпелов. — Велиар с удовольствием решил посплетничать с русским графом, посматривая на царящую вокруг суету с видимым удовольствием.

— И против кого собрали такую силу? — осторожно спросил Бестужев, хотя уже и сам догадался, кого хотят наказать англичане.

— Против вашего бывшего сюзерена, императора Петра, — Велиар широко улыбнулся. — Видит Господь, граф, его величество вложил в молодого императора достаточно средств, и не получил взамен ничего, кроме постоянных обещаний. В то время, как корабли Российской империи вместе с каперами-лягушатниками нанесли казне просто чудовищный ущерб.

— Но, лорд Велиар, значит ли, что этот благословенный остров останется совершенно беззащитен? Ведь корабли не успеют вернуться, в случае беды. — Бестужев лихорадочно соображал, что ему делать. Эту новость нельзя было доверять курьеру. Да и не знал Михаил Петрович никого больше в Лондоне. А после того, как уехал Демидов, он один проживал в доме, который Прокофий Акинфиевич приобрел для нужд короны.

Велиар хотел было опровергнуть дерзкое замечание Бестужева, но тут его кто-то окликнул и он, коротко поклонившись, скорее даже просто кивнув, поспешил на зов, оставляя графа одного. Бестужев некоторое время постоял в коридоре дворца, глядя Велиару вслед, но уже через минуту повернулся и быстро пошёл к выходу.

Бегом забежав в дом, он крикнул.

— Никита! — перед ним тут же материализовался личный слуга. — Немедленно собирайтесь, мы сегодня же уезжаем. Нужно успеть в Дувр пока выход в море не перекрыли. Быстрее, песий сын, быстрее.

— Слава тебе, Господи, — Никита перекрестился. — Домой едем. Прошка! Прошка! Собирайтесь, мы домой едем, прямо сейчас!

Слуги забегали по дому как те мураши, а Михаил Петрович стоял посреди холла и пытался понять, правильно ли он поступает, и как отреагирует на всё это государь? Наконец, мотнув головой, он выпрямился. Как бы то ни было, но государь должен знать, что король Георг решил оставить Российскую империю без океанского флота. Может быть, если он успеет вернуться вовремя, то Пётр Фёдорович успеет что-нибудь предпринять. Главное с острова успеть уплыть, иначе неизвестно, на какой срок он может здесь застрять.