— На отработку чего? — уточнил Ушаков.
— Да какая разница? На отработку штрафа, который ему по-хорошему надо было выписать, за то, что сразу не явился. А отработка — это вовсе не за еду, а за вполне приличное жалование, чтобы… Черт, — я провел рукой по своим коротким волосам. — Чтобы он смог себе на выкуп накопить. Да придумай что-нибудь, я что всё за вас должен придумывать? Я вон даже ваши взятки сам расписывал, которые вы взять готовы, чтобы от императора отступить.
— Я понял, ваше величество, — Ушаков хмыкнул и поднялся, опираясь на трость. Ой, что-то не нравится мне, что он снова начал трость по назначению использовать. Что-то у него со здоровьем явно происходит. — Жалование-то большое положить?
— Обычное инженерское, — он кивнул и вышел, тяжело опираясь на трость.
Твою мать. Надо мне поберечь тебя, Андрей Иванович. Турка отозвать? Или ещё немного подождём, посмотрим, как дела дальше пойдут? Решив, немного подождать, я всё равно послал Турку депешу, в которой говорилось, чтобы он был готов вернуться по первому требованию.
Глава 6
Пётр Семёнович Салтыков подошёл к Ласси, который неважно себя чувствовал, и большую часть времени сидел на табурете, чем стоял, обозревая перспективу. Возраст давал о себе знать, но ирландец всё ещё обладал цепким умом и большим опытом, чтобы заменить его в этой кампании на кого-то другого. Да и в других предстоящих компаниях не на кого было фельдмаршала заменить. Был, ещё, правда, Миних. Но на Христофора Антоновича у Петра Фёдоровича были совершенно другие планы.
— Что-то Пётр Петрович, неважно выглядишь, голубчик, — Пётр Семёнович посмотрел вдаль, туда, где выстраивались ряды прусской армией.
— Да и чувствую себя так же, как и выгляжу. — Ласси смотрел в ту же сторону, что и Салтыков.
— Не дело это, ой не дело, — покачал головой Салтыков. — Поберечь тебе себя надобно. Ты ещё слишком сильно нужен государю, чтобы раньше времени в утиль себя списывать.
— Брось, Пётр Семёнович. Если бы от старости было волшебное лекарство, о нём хоть в сказках, но было известно. Ничего, это я брюзжу по стариковски, голова еще, слава богу, работает. — Ответил Ласси и снова посмотрел на пруссаков. — Ну что же, всё решится именно здесь. Мы обязательно победим, и королевство Пруссия перестанет существовать. А что дальше?
— Думаю, Пётр Фёдорович установит над этими землями протекторат, как он сделал с Голландией. — Салтыков опустил трубу. Он нигде не видел короля Фридриха, и это его безумно нервировало.
— Почему сразу не объявить захваченные земли своими? — Ласси раздраженно стукнул по земле палкой.