— Саша, разгружай два корабля. — Непререкаемым тоном сообщила Мордвинова.

— Нет, Софья Петровна, не могу. У меня приказ. — Бледный Елисеев покачал головой.

— У тебя приказ отвезти прежде всего всех нас. А мы не позволим тебе этого сделать. Будешь силой нас на борт затаскивать?

— Софья Петровна, меня повесят…

— Не повесят, Саша. Мы или все там погибнем, или сумеем вырвать победу из лап этой кошки помойной. Тогда мы грудью встанем, но не дадим тебя тронуть. Я лично у государя в ногах буду валяться и умолять. К тому же, у тебя нет выбора, Саша. Считай, что это бунт, и мы захватили корабли.

— Софья Петровна…

— Сашенька, — дородная графиня Островская подошла к затравленно озирающемуся Елисееву. — Не сопротивляйся, душа моя. Подумай, возможно, мы действительно сумеем помочь.

Вдалеке раздался страшный грохот, и Елисеев решился.

— Хорошо, но я не пойду сразу в бой. Подам сигнал адмиралу Саймонову. Если он подтвердит наше участие, значит будет слушать его команды. Ну, а ежели нет…Тогда я быстро разворачиваю корабли, и мы на всех парусах уходим в сторону Петербурга.

— Это справедливо, — кивнули женщины, и началась суматошная и быстрая подготовка к предстоящей авантюре.

Елисеев сумел подойти к огромному скопищу кораблей незаметно, и спрятать оба корабля за риф. Он очень хорошо знал эти воды, и мог ходить в них без кормчего. Именно поэтому именно ему доверили отвезти в столицу такой ценный груз.

Никто из них ни разу не упомянул слово «родина» относительно Петербурга. Потому что отдельным указом Петра Фёдоровича шло очень строгое правило: все новоприобретённые земли — часть Российской империи. Никакие ни колонии, а равноправные губернии, со всем вытекающим. И для многих из них эти жаркие земли уже стали этой самой родиной без каких-либо ограничений.

Флагман Саймонова стоял довольно далеко от начавшегося сражения. Он не принимал в нём участия, и, Елисеев вообще не мог понять, что происходит. Кондратьева с его «Стремительным» вообще нигде не было видно. С кем тогда воюют англичане?

Сигнальщик на «Императрице Елизавете» подбежал к Саймонову.

— Господин адмирал. Получен сигнал с «Владычицы океана». «Женщины сошли с ума, требуют два линкора присоединить к вашей эскадре».

— Что? — Саймонов, полностью сосредоточившийся на бое, моргнул, пытаясь понять смысл сообщения. В кармане у него лежало зачитанное до дыр всеми ими собственноручно написанное письмо императора, и он протянул руку, чтобы коснуться его, как своеобразного талисмана. — Вот ведьмино племя! — Рявкнул он. — Командуй Елисееву, чтобы не дурил и развора… стоп. — Он снова коснулся письма. — Командуй, чтобы спрятался как следует. Он это умеет. Тщательно следил за сигналами. Вступит в бой только по сигналам. Высунется раньше, я его лично на рее вздёрну. — Со стороны форта дали залп. Ядра не долетели до вражеских кораблей, но заставили их напрячься. — Господи, помоги нам грешным. — прошептал Саймонов и поцеловал крест. После чего приник к трубе, снова погружаясь в круговорот уже начавшегося боя.