А вот последний, седьмой перевозчик столь необходимых сейчас губернии товаров (ну а что кроме продовольствия или иных необходимых товаров сейчас могли везти в наши края, верно?) медленно падал вниз — по правому борту корабля была здоровенная пробоина, а само судно постепенно охватывало пламя. При такой скорости от удара о землю корабль не развалится, но от удара экипаж явно пострадает… что полностью устраивало пиратов — и добыча уцелеет, и живых врагов поубавится.

В основном нападающие были представлены полутора десятками корветов, пятком средних фергатов и тремя эсминцами — а это, скажу я вам, уж не самая маленькая эскадра. Будь у врага ещё и крейсер, и я бы всерьёз обеспокоился нашими шансами на победу, но даже так — предстоящая схватка явно будет не самой простой, и я начал медленно, потихоньку наполнять ауру силой, гоняя ману по каналам энергии. Что-то вроде разминки перед боем, когда бойцы стараются разогреть тело перед схваткой…

— Опустить паруса! Двигатели — на полную мощность! — рявкнул в капитан, спешно удаляясь в сторону своей рубки. — Заходим правом бортом на ближайший эсминец! Шевелитесь, курицы облезлые, шевелитесь! Градус виража — семьдесят! Господин Смолов — пожалуйста, приготовьтесь подстраховать нас! Щиты придется снизить до минимума, так что на вас вся надежда!

Последнее было добавлено гораздо более почтительным тоном, что первые команды… Но всё равно слишком требовательно по меркам многих мне известных Старших Магистров. Я бы даже на вскидку троих-четверых назвал бы, кто за подобное с него потом шкуру спустил.

— А лихой нам капитан достался, — усмехнулся одобрительно Пётр, разминая пальцы. — Молодец, не тушуется… Правда, не резковато ли мы в драку лезем?

— Понятия не имею, — пожал я плечами на вопросительный взгляд своего слуги… Хотя уже скорее если не друга, то надежного товарища точно. — Если ты намекаешь на моё прошлое — я занимался многим и умею многое. Однако всем прочим способам вести воздушную схватку всегда предпочитал хороший удар выпущенной мною лично молнии.

— Даже в молодости? — хмыкнул он.

— В моей молодости летающих кораблей не было — вернее были, но их роль была скорее транспортной и грузовой, в бою эти лоханки было слишком просто разломать, — вернул я усмешку, увидев удивленно вскинутые брови. — Да-да, а ты что думал? Я не в тридцать лет помер, застал времена, когда приходилось полагаться лишь на себя, а не эти новомодные игрушки…

Договорить я не успел — видимо, приказ капитана (кстати, я даже имение его узнать не потрудился. Непорядок… надо бы потом исправить это упущение) наконец начал исполнятся, и Змей совершил неожиданно резкий и лихой рывок — и начал описывать не слишком широкую дугу, забирая влево и вверх. Туда, где два вражеских эсминца при поддержке тройки фрегатов зажимали одно из двух ещё целых боевых судов наших союзников — эсминец с гордо выбитым красной краской названием Вериока. Более крупный, прочный и дорогой из парочки имеющихся у конвоя… и стремительно терпящий поражение несмотря на то, что габариты и мощь судна вплотную приближались пусть к лёгкому, но крейсеру.