Что ж, главное они сделали, выяснили, где это находится. Теперь можно вернуться и доложить об этом императору, а там уж пусть думают, кого и когда засылать. А засылать точно надо, недаром уже обычная деревенская живность мутирует. А если люди начнут? А если в монстров? Нет уж!

Уже подлетая к дому и думая совсем не о докладе императору, а прежде всего о своей сладкой девочке, которая, оказывается, капризничала не просто так, а по серьезному поводу (он станет отцом!), обратил внимание на подозрительное дерево метрах в десяти от дома. Его вроде не было, когда улетали…

Тем не менее подлетел четко к дому, приземлился, стряхнул с плеч Черридана, вес которого был все же посерьезнее веса его сладкой девочки… И нахмурился.

Девушек на веранде не было.

Прислушался к себе, покосился на оборотня, всё ещё немного дезориентированного полетом и аномалией, не поленился и запустил поисковик, который выдал почему-то крайне странный ответ.

Задрал бровь, обошел дом… Уставился на дерево.

— Да ну нахер… — пробормотал себе под нос, не желая верить ни глазам, ни ощущениям, ни уж тем более какой-то там магии.

Родовой, между прочим.

На негнущихся ногах подошел ближе…

— О, это надолго, — вздохнул оборотень за его спиной, кое-как придя в себя, и гораздо быстрее сообразив, что произошло. — До завтрашнего дня точно. Не бойся, Белла так часто делает. Вот и твою сегодня прихватила за компанию. Кстати, у меня немного настойки есть… При Белле не стал говорить, она алкоголь на дух не переносит, а я иногда позволяю себе рюмку-другую. Будешь?

— Это точно безопасно? — Полковник Роффе крадущимся шагом обошел два стройных деревца, переплетшихся стволами и ветвями так плотно, что издалека казалось, что это одно дерево. Но нет, их было два.

Причем он сразу понял, что то, которое с более серебристой корой и листьями чуть более насыщенного оттенка — Есения, а у которого ствол белее и цветочки в кроне помельче — Беллатрис.

Очуметь… Его женщина — дерево!

Нет, он как бы знал…

Но сейчас она реально дерево!

— Абсолютно, — предельно серьезно заверил ловчего оборотень, чьи волосы были бы уже давно убелены сединами от беспрецедентных выходок Беллы, если бы не феноменальное звериное здоровье.

— Нда… — Обойдя кругом ещё раз, но не рискнув прикоснуться к едва уловимо сияющим стволам, демон покачал головой, не зная, что и думать. — Зачем они вообще это сделали?

— Знаешь… — Черридан вдруг тяжело вздохнул и честно признался: — Я иногда её совершенно не понимаю. Она иная. И в тоже время такая… Моя. Я не могу без неё. Иногда прибить охота, но как только подумаю, что ей от этого будет больно, то сам себя ненавижу за такие мысли. Она не плохая, просто… Другая. И я её люблю. Но что она делает и зачем — выше моего понимания.