И напряженно застыла под пытливым взглядом лорда Дармэна, который самым непостижимым образом стоял всего в трёх метрах от меня у очередной развилки.

Сглотнула. Черт!

— Голодная? — недовольно дернул бровью.

— Простите… — пролепетала, пряча глаза в пол и мысленно чертыхаясь над своей беспечностью.

— Я задал вопрос, Тиа, — голос эльфа стал жестче. — Голодная?

— Да, — кивнула, и впрямь успев слегка проголодаться, но не особо.

Как раз планировала выкинуть мусор и поискать местную столовую для прислуги. Хм, а садовник уже успел сообщить ему моё новое имя? Как интересно…

— Тогда что ты здесь делаешь? Столовая в доме.

— Господин Артанис дал мне задание, — я всё ещё предпочитала изучать плитку под своими ногами, говорить с почтением, но без лишнего подобострастия. — Я его выполнила, несу мусор на компост.

И мотнула головой на корзину у своих ног, которую поставила на тропку, пока любовалась кустом.

Эльф почему-то медлил с новыми вопросами, но секунд десять спустя высокомерно бросил «не задерживайся» и ушел, а я задумалась… Ну и что это было? Одно ясно, ходить нужно с оглядкой и сначала глядеть по сторонам, а потом уже рвать.

Хм…

Быстро огляделась, ещё быстрее сорвала невероятно красивый цветок, который так и просился в рот, быстро зажевала и, как ни в чем не бывало, направилась дальше. А я что? Я ничего! Работаю.

Старательно гоня от себя навязчивую мысль сорвать ещё парочку цветов, но уже с другого рододендрона (а их тут были десятки и самых разных расцветок!), торопливо дошла до компостной кучи, вывалила туда свою добычу, перехватила ношу поудобнее и направилась в сторону сарая, выбирая такие дорожки, где ещё не была. Минут через десять, вернув корзину туда, где взяла, но секатор оставив себе (он отлично лег в карман передника), я дошла до своей комнаты и сменила чуть испачкавшиеся перчатки на чистые, которые всегда брала с запасом.

Столовую нашла сразу, она располагалась в том же крыле, что и остальные помещения для прислуги. Примерно зная, что планировался набор из десяти новых слуг, в схожей униформе увидела лишь двоих — парня и девушку. Они сидели за длинным деревянным столом, обедали и активно обменивались мнением о том, кому какой участок работ достался. Оба полукровки, причем девушку я узнала сразу — та самая, из третьей дюжины, совсем молоденькая и голубоглазая, тогда как парню было уже к двадцати и он был кареглазым шатеном, хотя и с весьма острыми ушами.

Кроме них в столовой находился кастелян и пышнотелая светловолосая дама у раздачи, махнувшая мне рукой прежде, чем я задумалась, что делать дальше.