— Дочерей Арайи учат многому. Этикет, танцы, риторика, рукоделие, искусства. Я не понимаю, с чего ты решила, что ваш статус — статус постельных рабынь, не способных ни на что иное. Эльфы уважительно относятся к своим женщинам, для нас понятие материнства священно. Да, для нас важны дети, рожденные именно вами, но и вы сами не менее важны. Почему ты не понимаешь очевидного?

— Может потому, что меня лишили свободы? — не удержалась от колкости и в целом очевидности.

— Свободы… — насмешливо протянул эльф, но глаза блеснули недовольством. — Что ж, давай поговорим о свободе. Что она тебе давала?

— Всё. — Мой ответ был твёрд, как и мнение. — И я не понимаю, почему ты это принижаешь. Видимо, потому, что сам никогда не был свободным. — Усмехнулась пренебрежительно. — Княжич же, тут даже отрицать бессмысленно. У тебя, наверное, и в колыбели особого выбора не было.

— Зато у тебя его полно, — неприязненно скривился эльф, явно задетый за живое. — Быть поломойкой, кухработницей или младшей помощницей садовника. Отличный карьерный рост! И что? Тебя всё устраивало?

— Ты не поверишь! Да! — рассмеялась, когда он недовольно вскинулся. — Да, Эррисан, да! Я делала, что хотела. Я ходила, куда хотела! Я гуляла по лесу и лазила по деревьям в своё удовольствие. Я ходила на море и провожала закаты, сидя на шпиле центрального храма! — Распаляясь всё сильнее, я даже встала из-за стола, потому что всё равно не ела и не собиралась. — Я собирала плоды шияндры на пике созревания. Я их ела, черт возьми! И это при том, что один такой на черном рынке стоит под сотню золотых! Я любовалась цветением котобышей и швырялась крясявышами в львягра! И это было здорово! А тут? Что я могу тут, ваша светлость⁈

Зло обвела широким жестом полупустое помещение.

— Крысявышами… в львягра? — оторопело переспросил эльф, но я лишь фыркнула, давая понять, что ни словечка подробностей от меня не услышит. — Тиа, ты себя вообще слышала? Ты в своём уме? Я ни разу не встречался с этой тварью лицом к лицу, но даже мне известно, что это один из самых опасных хищников Гиблой Пади!

— А я встречалась, — похвалилась, хотя и понимала, что зря. Но Остапа уже несло. — Дважды! И как видишь, жива я, а не они.

— О да, я вижу, — мрачно подтвердил эльф и рывком поднялся из-за стола, швыряя салфетку прочь с таким остервенением, словно лично её ненавидел. — Вижу, что у тебя было слишком много воли и свободного времени, а ещё слишком мало воспитания и благоразумия. Но не переживай, я исправлю это упущение.

Срываться с места с диким воплем было глупо, поэтому я лишь повыше вздернула подбородок и гордо дождалась, когда приблизится сам. Хотя коленочки уже подрагивали…