— Отрадно, что понимаешь ситуацию, — император вздохнул. — Теперь ты все знаешь, позволь на этом закончить.

— А как быть насчет несанкционированной активации Источника?

— Хочешь выпороть княжича Андрея розгами или запретить ему походы в библиотеку? — улыбнулся Иван Андреевич. — Сам же сказал, что это непреднамеренное действие. Ну, попробовал мальчишка на интуиции оживить Источник, и вдруг получилось. Такого быть не может, знаю. А результат ты видел. Придется тебе, дружище, приглядывать за молодым Мамоновым.

— Лишу его допуска в библиотеку на полгода, — решительно произнес Брюс. — Пожалуй, это наиболее действенное наказание. Иных рычагов у нас, увы, нет. Можно еще запретить выступать на соревнованиях.

Мстиславский рассмеялся и махнул рукой.

— Все, отправляйся домой, Саша! Тебе надо отдохнуть.

— Доброй ночи, государь! — чародей откланялся и вышел из кабинета.

Император стер с лица улыбку, подошел к терминалу, нажал на нужную кнопку и поднял трубку телефона.

— Ты на работе еще, Коля? — спросил он, услышав бодрый голос воеводы.

— Собирался домой.

— Я по Танцору. Можешь своих «наружных», которые присматривали за мальчишкой, заново к нему прикрепить? Пусть походят за ним.

— Будет исполнено, государь, — Иртеньев, чувствуется, подобрался. — Что-нибудь еще?

— Возможны новые покушения, поэтому донеси ситуацию до сотрудников… Ты договорился с Жорой?

— Потребовал финансовую проверку счетов капитана Трегубова.

— С чего вдруг? Князь решил, что твоего волкодава купили?

— Он так и сказал.

— Хм, проверь-проверь. Правильный ход. Ладно, доброй ночи, Коля.

— И тебе, государь.

— Что еще бы сделать плохого? — задумчиво произнес император, держа трубку возле уха. Потом медленно положил ее на базу. Слова Брюса о наказании княжича Мамонова не выходили из головы. Чародей прав. Подобные выходки, даже по незнанию, не освобождают от ответственности. Мальчишка должен раз и навсегда уяснить, что есть четкая граница, за которую нельзя заступать. Сегодня он играючи зажег Источник, а завтра, не подумавши, разнесет в щебенку все Зарядье. Значит, нужна профилактика данной болезни.

— А что у нас больше всего любит сей юноша? — пробормотал Мстиславский. — Вот и замена розгам. Пожалуй, пусть Юрка займется ретивым княжичем.

2

— Ты что же, Ванька, струхнул душонкой? — шипел Ушатый, прижимая к спинке кресла парня, севшего в его автомобиль. — Пришел, значит, к тебе этот сучонок молодой, чем-то там пригрозил, а ты и в кусты? Девочка испугалась?

— Не смей меня оскорблять, дядька Тимофей! — тот пытался вырваться из-под тяжелой руки, давящей на грудную клетку, отчего ощутимо потрескивали ребра. Силу применяет, сволочь! — Я не за себя испугался, а за маму и брата! Он же не шутил, когда предупреждал о последствиях!