Я не учел этого, когда предлагал ему расширить сотрудничество и перейти на более высокий уровень взаимодействия. А оказывается, в ту ночь нападению подвергся не только мой дом, а вообще все места, в которых Леман был хоть как-то заинтересован. Преданные ему люди. Их семьи. Партнеры, решившие всецело принять его сторону… Неудивительно, что у Лемана не хватило людей, чтобы одновременно прикрыть такое количество объектов. В условиях внезапно начавшейся войны он, естественно, сосредоточился на самом главном. Хотя, как оказалось, охрану возле нашего дома он все-таки выставил, но как только начался открытый конфликт, ее пришлось отозвать. Все же объект не настолько значимый, как, скажем, дом, где хранилась казна банды или дорогостоящие артефакты на продажу. Так что, наверное, претензии я ему предъявлять все-таки не буду, а вот с его невоспитанными коллегами придется серьезно потолковать.

— У вас есть еще к ним вопросы? — поинтересовался я, когда узнал все, что хотел.

Леман странно на меня посмотрел.

— Пожалуй, нет.

— Вот и прекрасно, — кротко улыбнулся я, после чего по очереди оторвал наемным убийцам головы и, бросив их в стоящее в углу ведро, вышел за дверь.

***

Той ночью столица впервые услышала о так называемых «тоннельщиках».

Лемана я в это решил не втягивать — в ту ночь он и без того потерял много верных людей. Но поскольку его недоброжелатели стали угрожать и моим интересам, то я решил, что чем быстрее и жестче на это отвечу, тем проще потом будет жить.

Бесшумно и незаметно перемещаясь по полученным от убийц адресам, я хотел, чтобы каждый мерзавец и душегуб в Дамане и за его пределами, собираясь чем-то мне досадить, хорошо понимал, что за каждое такое действие обязательно последует наказание.

Поэтому сейчас я не ходил из дома в дом просто затем, чтобы навести там беспорядок. Я их наказывал. Жестоко, зато доходчиво. Так сказать, на понятном им языке. Я побывал во всех притонах, на которые мне указали мертвецы. Во всех злачных местах. Везде, что представляло для столичных банд хоть какую-то ценность.

Не могу сказать, что прямо взял и утопил весь город в крови, однако испачкался я тогда действительно знатно. Однако при этом в каждом притоне из принципа оставлял кого-то в живых. Чтобы знали. Помнили. Боялись. И чтобы больше ни одна двуногая тварь не смела и думать перейти мне дорогу.

После этого столичные криминальные авторитеты резко притихли и какое-то время о грандиозных разборках люди говорили только шепотом. Леман, несмотря на потери, не только не утратил, но и быстро набрал небывалый авторитет. О стоящих за ним «тоннельщиках» заговорили уже в голос. Частично наличие у него мощной поддержки подтверждалось редким товаром, на который всегда был бешеный спрос. Однако и выжившие в том кошмаре везунчики внесли свою лепту, потому что большинство меня даже не видели, а признаться, что банду отморозков на куски разорвал десятилетний пацан, ни у кого просто не хватило смелости.