— Деньги, драгоценные камни, украшения есть? Да? Отлично, давай сюда. Нет? Так иди ищи. Завтра в это же время отчитаешься…

И в общем и целом это было хорошее время. Я бы даже сказал, насыщенное, хотя временами и беспокойное. И длилось оно ровно до тех самых пор, пока Мор, выпив душу из очередного осколка, со вздохом не сказал:

— Все. Это последний. Больше в этом мире проклятых камней нет.

Признаться, его слова меня огорошили. Сами камни я, разумеется, не считал, но мне почему-то казалось, что их должно быть намного больше. Хотя бы потому, что я по-прежнему не все помнил. Видения, которые у меня случались после каждого найденного камня, больше ничего важного не принесли. Все, что мне досталось, это чуть больше картин из моего безмятежного прошлого и целая куча воспоминаний в пределах первой пары столетий моей немертвой жизни, из которых я ничего путного не почерпнул.

— Да, — повторил заметно прибавивший в размерах призрак. — Я действительно больше ничего не чувствую. Но при этом моя душа по-прежнему не полна, и это, откровенно говоря, тревожно.

— Как это понимать? — озадаченно воззрился на него я. — Хочешь сказать, что мы все собрали, но в твоей душе по-прежнему нет какого-то куска?

— Именно.

— И много не хватает?

— По моим ощущениям я собрал себя примерно на треть.

— Вот это новость… — растерянно пробормотал я. — А где же тогда недостающие части?

Мор беспокойно дернулся.

— Понятия не имею. Я ничего не чувствую. Совсем. Их словно бы нет… но при этом я точно знаю, что они не могли исчезнуть.

— Так, — нахмурился я. — Давай подумаем. Если все камни с твоей душой прокляты и они никуда не исчезли, то мог ли их подобрать кто-то еще?

— Разве что случайно. И то я должен был это почувствовать.

— А если бы их смогли уничтожить?

— Исключено. Душа, освободившись, тут же нашла бы новое вместилище.

— Хм. А есть ли вероятность, что осколки твоей души хранятся где-то, помимо проклятых камней? Может, свойства предметов изменены? Может, их искусственно кто-то уменьшил, а то и полностью погасил, как герцог?

Вопрос неожиданно поставил тень в тупик.

— Честно говоря, никогда об этом не думал. Ведь даже храмовое серебро не смогло укрыть их от меня полностью. Однако чисто теоретически… наверное… в твоем предположении может быть разумное зерно. Хотя я не представляю, какой защитой должна обладать подобная вещь. И что еще, кроме прямого божественного вмешательства, может перекрыть силу проклятого предмета.

Я потеребил ворот рубахи. Дурная привычка, которая иногда во время разговора позволяет выиграть время. А еще она свидетельствует о наличии у тебя живых реакций, так как если стоять совсем без движения, то собеседнику кажется это неестественным, и он очень быстро начинает нервничать.