Полдюжины химер, закованных в покорёженные саркофаги с нелепо подёргивающимися руками, обступали фигурку сжавшейся в углу девчонки. Есеня, бледная от ужаса, пыталась отползти, но лишь скребла ладонями по стене.

— А ну назад!.. — рявкнула Роран и с яростью львицы обрушила на ближайшую химеру громадное ледяное копьё.

Глыба голубого льда с гулом вонзилось в химеру и, едва не разорвав, пригвоздила полумеханическое тело к стене. Оставшиеся химеры резко обернулись — и бросились в атаку.

Воздух затрещал от инея, мгновенно покрывшего пол и стены узкого зала. Взбудораженные бешеным альва-фоном химеры рвались к ней, сминая и оттесняя друг друга. Их громадные руки-манипуляторы скребли по стенам, метали в кодекс столы и оборудование, как пушинки. Закрывшись щитом, Роран методично и хладнокровно уничтожала чудовищнхы созданий одно за другим.

Наконец, глыба серого льда подбросила последнюю химеру, раздавив её о потолок. Сбросив мерцающий барьер, кодекс бросилась к ошеломленной девчонке.

— Госпожа Есения!

Она обняла дрожащую девушку и прижала к себе. Её била мелкая дрожь, зубы стучали от холода.

— Р-роран.

— Уходим отсюда, скорее…

подставив плечо, кодекс вывела её из развороченного зала и повела вглубь комплекса. За спиной слышались отдаленные скрипы, скрежет и шаги других химер. Твари, вырвавшиеся из клеток Потёмкина, быстро захватывали недра Белогорья. Они прошли мимо зала, заваленного истерзанными трупами учёных и охраны. Обезумевшие от альвы чудовища растерзали их как стая зверей, оставив после себя забрызганные кровью стены и изувеченные останки.

— Идём-ка дальше… — шепнула она Есене, не давая увидеть страшную картину.

Они поднялись на уровень выше, к средней палубе комплекса. Здесь звуки боя были чуть тише. Наконец, выбившись из сил, Роран нашла укромную комнату. Пыльная и тесная кладовка, тем не менее, была лучшим укрытием, чем мрачный, воняющий кровью и препаратами коридор, где в любой момент могли показаться новые противники.

— Отдохнем здесь немного, — усадив притихшую девушку на стул, она принялась растирать ей ладони. — Простите, моя магия не слишком удобна…

— Роран.

Голос девушки подрагивал. Она слепо смотрела перед собой и шмыгала носом. Она стискивала ткань на груди так, словно её жгло изнутри.

— Да, госпожа?

— Я чувствую что-то. Там, наверху, — тихо продолжила она. — Это… нечто, сверху, я чувствую, как что-то во мне горит, всякий раз, как думаю о Славе. Куда делся мой брат? Это ведь не…

Её голос заглушил гул, по коридору снаружи прокатилась дрожь и эхо чудовищного взрыва. Роран ощутила, как пол под ними немного накренился.