— Именно так, но отчего-то отец решил оставить тебя на скамейке запасных. Не хочешь спросить его, почему? Может дело совсем не в страхе за будущее Империи? Может, дело в твоём страхе?
— В моём? — цесаревич нахмурился, не сразу поняв сказанное.
Глаза кодекса сверкнули алым.
— Или он сомневается в тебе с самого начала?
Роман замер. В голове будто щелкнуло.
Призыв кодекса. Стычки с Вайнером. Свадьба. Война.
Всякий раз слова отца одергивали его.
Роман тряхнул головой.
— Отец прекрасно знает, что я ничего не боюсь. И уже не раз это доказывал в бою. Думаешь, меня пугает страх смерти?
— Думаю, что скоро там некого будет спасать, — кодекс указал на Белогорье. Махина показалась из-под облаков почти полностью, и теперь Роман заметил мощные голубые вспышки, прорезавшие облака черного дыма.
— Реакторы пошли вразнос, — нахмурился он. — Вот же дерьмо, пара минут — и там всё взорвётся к черту…
От громады в облаках отделились несколько маленьких черных точек. Сквозь гул ветра и отдаленные раскаты взрывов послышался шум летящих обратно вертолётов.
Слова Кирсанова снова всплыли в памяти. Они не нашли Вайнера.
— Если он и пережил битву, то взрыв уже не переживёт, — задумчиво прошептал Роман. — Такая катастрофа не оставит шансов даже кодексам. Ты прав, Аластер, Империя сегодня потеряла много героев. Но я сделаю так, чтобы…
Он обернулся — и застыл.
Там, где стоял его кодекс, была лишь пустота с легкой мерцающей дымкой в воздухе.
Аластер исчез.
Впервые за день Роману стало по-настоящему холодно.
— К чёрту это всё… — он покосился на приближающиеся вертолёты. — Довольно с меня твоих загадок и тайн, отец. Я возвращаюсь.
Глава 20
Великореченск, Рязанское княжество.
Концентрация альва-частиц 47,9 на миллион
— Скотий бог Велес, прошу, защити всех, кто мне дорог. Агнцев твоих Варвару, Осипа, Алексея…
Сложив руки на груди, Полина шептала имена в горячей молитве. Вокруг поставленного наспех алтаря потрескивали свечки, от горько-сладкого запаха трав и воска кружилась голова.
— Опять молишься?
Не прекращая шептать, она покосилась в сторону. У дерева, увитого лентами и венками, стоял Лука. Уже не тот простой слуга, которого она встретила несколько месяцев назад. Из его взгляда ушла веселая простодушность, уступив хищной остроте и стремительности. Как и положено молодому, но амбициозному лидеру ячейки сопротивления.
Он изменился. Как и она сама.
— … агнцев твоих Полину, Есению и… и Ярослава.
Сглотнув, она положила в чашу с горящим маслом маленький пучок полыни. Искры взвились к небу, пламя вспыхнуло, разнося запах трав.