Может, такая дичь только у нас, а если выехать в другую область, то там никто и не знает ни о каких проблемах? Живут себе. Да, есть Игроки, но они шарятся по другим мирам и ведут свои бложики о похождениях по эльфийкам и пр. А так, вокруг мир, благоденствие, торжество права. Так что ли? Хоть всё бросай и едь смотри. Тьху.

Что ж, после того, как закончил с трофеями и пленными, распределил учебные задания. Причем не только Вере, ведь теперь еще и Страшиле. Я, правда, пока не спешу делиться с ними чем-то особенным. Лишь даю общие знания для понимания основ и принципов, ну и всевозможные практические задания, конечно. Не столько чтобы получить результат, сколько дабы занять и выработать навыки.

После — чуток помиловался с Алинкой, только осторожно, исключительно платонически. Всё же она для меня как бальзам на душу, объект приложения нежности и внимания. Что-то светлое и важное в моей нынче странной, мягко говоря, жизни.

Ну и отправился пилить Биоконструктор. Окончательно решил всё-таки делать именно его. Пора крепить оборону. С одной винтовкой не набегаешься.

Так и просидел весь день за костями.

Но даже так — к вечеру я уже был сам не свой. Меня вновь охватило желание. И если такое будет повторяться каждый день, то это серьезная уязвимость.

Так. Нельзя больше тянуть. Если не спущу пар, то быть беде.

В итоге, заперлись с моими новыми питомцами в кабинете. Лю и О резво оголились и, сев на пятки у моих ног, начали преданно смотреть своими большими глазами. О еще и высунула как собачка язык.

Чертовка.

После моего разрешающего кивка обе активно приступили к тому, для чего, собственно, наиболее благоприятствовало данное расположение участников предстоящего действа.

Превосходные губы, черт возми. И язык как нельзя в тему. А почему только один?

— Страшила, нож!

И не спрашивайте, что она тут делает. Утром, может быть, и отвечу. Но не сейчас.

Ну а та, прекратив звенеть, соскочила с так полюбившегося ей амурчика и провиляла к столу.

Да блинский.

— Страшила, ну ты и страшила.

Окинул недовольным взглядом ее отталкивающие носители пирсинга, что немым укором и напоминанием о былом телепаются из стороны в сторону при движении. Тем временем я, уже убирая Исцелялку, закончил процедуру преобразования чудо-язычка довольной Лю. Барственно похлопав ее по щеке, оставляю хвалиться перед подругой своим приобретением. Что постепенно перерастает в соревнование: у кого длиннее и гибче теперь язычок.

Шалуньи.

Но вернув грозный взгляд на Страшилу, вздымаю от удивления брови.

— Ты… ты совсем больная?!! Ты у кого это взяла, а? Отвечай!