Пленник уже более-менее привык к спокойному разговору, и я заставил его вспомнить, что мы ему не друзья.

— У вас была эта здоровенная штука… — начал мямлить он, имея в виду голема.

— То есть, если бы у нас этой штуки у нас не было, вы бы не напали? — пристально на него глядя, спросил я.

— Ну-у-у-у! — замялся пленник.

— Вот то-то и оно! — сказал я, — вы обычные грабители и мародёры. Конченые отморозки, которые не брезгуют использовать даже беззащитных детей в своих целях. При чём здесь справедливость?

— Всё куплено! — неуверенно промямлил пленник.

— Он не откажется от своих убеждений, — сказал Петя, — потому что тогда ему нужно будет автоматом признать, что он конченая мразь. А это сделать невозможно, потому что перевернёт всю систему ценностей с ног на голову. Он себя убедил, что он нормальный. Такое часто встречается, в психологии это называется «замещением». Когда одно чувство замещается другим, обычно противоположным. Вот и этот, совершает подлости и, вместо того чтобы раскаиваться, гордиться этим. Защитный механизм психики!

Пленник внимательно выслушал Петю, а потом как можно убедительнее сказал:

— Я не мразь!

— Мразь, мразь! — легкомысленно махнул на него рукой Петя, — независимо от того, понимаешь ты это или нет, ты конченая мразь!

— Нет! — упрямо сказал пленник.

— Сколько вас человек? — спросил я.

— Не знаю, — тараща на меня глаза, сказал пленник, — я об этом никогда не задумывался.

— Примерно прикинь, скольких ты всего видел? — спросил я, — десять, тридцать, сто, больше? Сколько?

Пленник задумался.

— Минимум десятки, — наконец сказал он, — а может быть и сотни. Я не знаю. У нас много точек подготовки. Есть склады. Есть штаб…

— Где? — заинтересовался я, — где находится штаб?

— Штаб, это особо защищённое и укреплённое место, где располагается руководство нашей организации, — сказал пленник.

— Я спросил тебя не что это, а где это, — начиная снова раздражаться, спросил я.

— Вы ведь ничего плохого им не сделаете? — на всякий случай спросил пленник.

— Нет! — встрял Петя.

Я посмотрел на него с осуждением, а потом снова повернулся к пленнику.

— Мы просто придём туда и всех убьём. Видишь, тебе нечего бояться, никто тебя не накажет за то, что ты рассказал нам, где он находится, — сказал я.

— Так я не рассказал! — возмутился пленник.

— Не рассказал? — удивился я, — во дела! Значит, сейчас расскажешь. Потому что мало кто может выносить пытки и не рассказывать то, что от него хотят услышать. В теории многие думают, что смогут их вынести, но вот на практике… я улыбнулся пленнику, и он от этой моей улыбки отполз ещё немного назад.