я понял: священный огонь горел значительно ниже уровня пола в храме. Я спустился по лестнице, стараясь держаться подальше от огненного столба. – Ты опалил волосы, Латро, – услышал я женский голос. – Я чувствую запах. Сквозь языки огня я увидел сидевшую на возвышении юную красавицу. Она находилась на противоположном от меня конце странной комнаты с низким потолком. Ах, как она была прелестна в своем венке из листьев и цветов! Ее хитон тоже был из переплетенных цветов и листьев. Однако, несмотря на молодость и красоту, на яркие краски и дивные ароматы цветущих растений, таилось в ней нечто ужасное. Спустившись, я осторожно обошел священный очаг, низко поклонился красавице и спросил, не она ли и есть Великая Мать. – Нет, – ответила она. – Я ее дочь. Но, раз ты не являешься другом моей матери, лучше называй меня Девой [99] . С этими словами богиня встала и подошла ко мне. Она казалась хрупкой и стройной и была значительно выше меня ростом. – Мать моя не может поспеть всюду, хоть и появляется одновременно во множестве мест. А поскольку ты забрел в мое царство, я вызвалась поговорить с тобою вместо нее. – Она провела рукой по моим волосам, смахивая обгорелые концы. – Моя мать все равно не желает больше тебя видеть. Может быть, ты предпочтешь иметь дело со мной, а? – Но я должен встретиться именно с нею! – воскликнул я. Благодаря своим записям я помнил слова Светлого бога, говорившего устами оракула, и рассказал об этом Деве. – Ты ошибаешься, – возразила она. – Убийца волков [100] сказал лишь, чтобы ты отправился в святилище моей матери, но тебе вовсе не обязательно говорить с нею. Что же до той сивиллы, то ее слова, как всегда, довольно бессвязная мешанина из того, что на самом деле сказал Убийца волков, причем изложенная в форме дурных виршей. Вот очаг, о котором она упоминала. И ты стоишь «в доме подземном», хотя это помещение отнюдь не всегда связано с Нижним миром. Ты желал поговорить с моей матерью, однако же пред тобой предстала я, а ведь я куда прекраснее, да и могущественнее, чем она. – Раз так, богиня, могу ли я молить тебя об исцелении и о возвращении на родину, к друзьям? Она улыбнулась. – Ты хочешь все помнить подобно остальным людям? Но в таком случае ты никогда не сможешь забыть меня. – Я и не желаю этого! – воскликнул я, однако сразу же понял, что говорю неправду. – А многие хотели бы, – промолвила она. – Или, по крайней мере, им так кажется. Знаешь ли ты, кто я? Я покачал головой. – Ты встречался с моим мужем, однако даже он пропал в том тумане,