Да чего уж там. Мне тоже было искренне жаль Гору. Он ведь не виноват в том, что его заставляют делать то, что он делает. Виноват в этом Воланд и компания. Но и пощадить Гору мы не могли. Он бы не остановился и продолжил выполнять свой долг по защите двери. Так что, либо мы, либо он. Ну и, естественно, ключ он нам тоже добровольно не отдаст.

— Давай! — хрипел я.

Маша уже ничего сказать не могла, а просто издавала какой-то натужный стон.

Гора продолжал хрипеть, но хрип постепенно становился всё слабее и тише, пока, наконец, вообще не затих. Но здоровяк был ещё жив, просто уже не мог ни вдохнуть, ни выдохнуть. Трос глубоко врезался ему в тело, травмируя плоть и гортань.

Внезапно Гора мелко задрожал, потом конвульсии стали делаться всё крупнее и крупнее, пока не перешли в судороги. Сначала он дёргался, продолжая стоять на коленях, но потом начал постепенно заваливаться назад.

— Берегись! — крикнул я Маше.

Мы еле-еле успели отскочить, когда огромная туша обрушилась на спину всей своей массой, подняв с пола облачко пыли. Дёрнувшись ещё несколько раз, он окончательно затих, уставившись остекленевшими глазами в потолок.

— Всё? — тяжело дыша, спросила Маша.

— Надеюсь, — ответил я ей и шумно выдохнул.

После чего наклонился к Горе, и, взявшись за ключ, с силой дёрнул. Бечёвка оказалась не очень прочной и легко порвалась.

— Распутай! — Маша обессиленно махнула тросиком.

Я кивнул, наклонился и снял петлю с шеи Горы. Он по-прежнему не подавал никаких признаков жизни, и я очень надеялся, что здоровяк не восстанет сейчас чудесным образом. Ведь если он сейчас бросится на нас, ослеплённый яростью от пережитого насилия, то уже не факт, что нам удастся повторить этот трюк. Достаточно одного неверного движения, чтобы он сумел до нас дотянуться, а всего один удар может отправить любого из нас в нокаут, и тогда судьба второго, висящего на поводке, тоже будет предрешена.

Тем временем в комнате уже собралось порядка двадцати пауков. И они с механическим упорством продолжали двигаться вперёд. Теперь их целью был труп Горы. Первые особи уже начинали на него карабкаться, видимо, чтобы пообедать.

Смотреть на это не было никакого желания. Поэтому немного отдышавшись и повертев головой, чтобы немного размять настрадавшуюся шею, я кивнул на дверь.

— Идём? Или ещё отдохнём.

— Идём! — устало, но решительно сказала Маша, — нет никакого желания смотреть на то, что здесь начинается! — и она указала на тело Горы, с ползущими по нему пауками.

Тем временем количество пауков, вползающих в эту комнату, росло в прогрессии. Как будто они там телами своих сородичей смогли настолько забить механизмы летающих ножей, что остальные полезли дальше уже беспрепятственно. Потому что из коридора они наползали сплошной волной.