9. Прятки — догонялки
Шаги приближались и принадлежали, судя по всему, одному человеку. Нужно было делать выбор, драться или пытаться договориться. Странно, что они пытаются нас искать по одному. Настолько уверены в себе, или настолько уверены в том, что мы безобидные и зла никому не причиним?
— Туда! — шепнул я и увлёк Машу за собой.
Мы практически свалились за трубу, и оттуда через щель на земляной пол. Падая, я не забыл потушить светоч. Ну а что, вдруг не заметят? Всякое ведь может быть?
Маша поняла мой манёвр и как только оказалась на полу, сразу замерла, даже дыхания её слышно не было. Я тоже затаился. Шаги приближались. Бежал кто-то быстро. Учитывая узость коридора, выходило, что комплекция у бегуна не богатырская. Даже мне здесь было передвигаться не очень удобно, не говоря о том, чтобы быстро бежать.
Мы лежали и видели приближающиеся лёгкие отсветы в промежуток между трубой и полом. Вскоре стало очень светло, видимо, светоч бегун использовал очень яркий. Прямо перед нами промелькнули ноги, в чёрных ботинках, а над ними развевался чёрный плащ.
Это навело на мысль, что сейчас здесь пробежал не кто иной, как один из «назгулов», как я их назвал. Основная ударная сила Воланда де Морта. А раз их привлекли к поискам, то выходит к нашему побегу отнеслись более чем серьёзно.
Мы некоторое время лежали молча, боясь пошевелиться. Вскоре и отсветы исчезли, и шаги стихли.
— Странно, что он нас не заметил, — сказала Маша.
— Почему странно? Если им нужно обследовать быстро километры коммуникаций, то заглядывать в каждый закуток и под каждую трубу времени просто нет. Они рассчитывают, что когда на нас натолкнуться, мы будем стоять с гордо поднятой головой и ждать их! — я усмехнулся.
— Пока что мы лежим в пыли с гордо поднятыми головами, — сказала Маша, — ну как вылезаем?
Мы послушали ещё немного тишину, и всё же решили вылезти.
— Что будем делать? — спросила Маша.
— Давай ещё посидим здесь и поболтаем, — сказал я, — ведь они могут считать этот тоннель обследованным, значит, нам тут ничего не угрожает.
— А если там нет выхода, и этот человек потом вернётся этим же путём? — спросила Маша.
— Такой шанс есть, — кивнул я, — но это риск, как и любое другое наше действие. Я бы поставил на то, что в ближайшее время здесь будет безопаснее, чем в другом месте.
Мы выбрались из-под трубы, отряхнулись, снова уселись на прежнее место, и я запустил руку в волосы Маши, чтобы продолжить зарядку. Она это восприняла уже как само собой разумеющееся. Как быстро люди привыкают к хорошему.
— Если этот человек вернётся тем же путём, ты сможешь его распять, как меня и прижать к стенке для неспешной беседы? — спросил я после продолжительной паузы.