Да уж, слишком много таинственных людей. Мало мне "Поверенного" императора хватает, а тут еще один.

— Способность прятать лицо не такая уж и распространённая, но, к сожалению, не уникальна. Слишком много потенциальных подозреваемых. Причём большинство неприкосновенны, по понятным причинам. — генерал прочистил горло. — Шляпа ещё эта. Вполне возможно это и не способность, а головной убор такой эффект накладывал.

— То есть, вы хотите сказать, что его шляпа могла оказывать на людей такой эффект? — удивился я.

— А что в этом удивительного? — отмахнулся Кутепов. — Волны Попова даже голос и изображение могут передавать за тысячи километров, а спрятать лицо — плёвое дело. Хоть и не дешёвое. О таких шляпах я слышал, но стоят они, как паровоз. Да и купить их не просто. Но ничего невозможного нет.

— Тогда получается, зацепок совсем не остаётся, — нахмурился я. — Надо колоть Андерсона. Я уверен, он догадывается кто организатор всего этого. Даже если он пятерых назовёт, это уже сузит круг.

— Я уже распорядился, — хмыкнул в усы Кутепов. — Завтра в Кресты один мой ценный агент приедет. У него способность есть, он кого угодно разговорить способен. Лучше всякой сыворотки правды работает. В общем, завтра будет информация, — кивнул он.

— Так... А почему его раньше не привлекли? — возмутился я.

— Болеет он каждый раз после допросов, — поморщился Кутепов. — А кадр ценный. Беречь надо.

— Сильно болеет? — решил спросить я.

— От недели, дл нескольких месяцев. Как-то раз чуть не умер.

Я хотел отказаться от такой помощи, но тут же себя одёрнул. Не имею я права отмахиваться от такого. Этот бутылёк с наркотиками не просто подлая шутка над Александром, это попытка подорвать авторитет царской семьи, тем самым обострив и так непростую ситуацию в стране. Поэтому я лишь кивнул.

— И что они все разом-то объявились? — я откинулся на спинку кресла.

— Да тут-то как раз всё просто, — ответил Кутепов. — Приглашения на вашу коронацию разосланы, вот и засуетились. Всем надо хоть что-то урвать.

Мы немного помолчали, после чего генерал произнёс:

— Вы езжайте домой, отдохните, а я здесь сам до ума всё доведу.

— Завтра с утра приеду, — твёрдо заявил я. — По крайней мере, смогу проконтролировать всё.

— Право ваше, здесь препятствовать вам не буду. Однако спешу заверить, вашим словам внял, впредь буду всерьёз и с большим вниманием воспринимать всё, что скажете.

Я снова задумчиво покивал.

— Мне, вот, не даёт покоя одна деталь, — произнёс я. — Письмо, что Андерсон в камере нашёл.

— Тоже думал об этом, — нахмурился генерал, — но ничего подобного припомнить не могу. Ума не приложу что это за дар может быть. Но если учесть состояние Андерсона, не удивлюсь, если ему это привиделось.