Питерский бизнесмен листал бумаги и говорил. В рюкзаке у него были и фото, и договоры, и даже карты. А ещё он не забывал пить, но пьянел мало. Учитывая, что все переговоры в эти времена обычно проходят за столом, это очень ценный навык.

— В данный момент мы с моими партнёрами изучаем старые производственные предприятия в области, которые разорились после приватизации и были закрыты. Сами видите, сколько всего тут было, особенно здесь. Не зря же город назвали Новозаводском.

— Почему именно здесь? — спросил я. — Тут по всей стране полно разорившихся заводов. Не далековато? Тем более, тут не аэродромов, ни нормальных дорог, и людей живёт мало.

— Ну, видите ли, я и мои партнёры из Сибири и Дальнего Востока, — Терехов затянулся сигаретой. — Лично я родился в Чите, жил в Иркутске и Комсомольске, а в восьмидесятом уехал в Ленинград.

— И вы все решили рвануть на свою малую родину, — я взял бутербродик с игрой. — Нет, я не придираюсь. Поймите меня правильно, мне надо знать, с чем придётся работать. От этого зависят наши риски и всё остальное.

— Да, конечно, Максим Михайлович, я понимаю, что ваш интерес обоснован. Смотрите, — он зашелестел бумагами. — Выбор у нас неслучайный. В области уже есть филиал нашей фирмы, на самом севере, горный комбинат, который мы выкупили до того, как он разорился и стал банкротом. Вышло недорого.

— Значит, вы уже тут давно.

— Пару лет, — Терехов немного подумал. — Вот мы и рассматриваем варианты в этом регионе, чтобы не пришлось заново налаживать все отношения. По крайней мере, мы уже знаем местного губернатора и его подчинённых. Даже помогали ему финансировать его кампанию на выборах.

— Ну, уже неплохо.

За окном темнело, а в зал прибывали ещё гости. Это очень модное заведение в городе. За соседний столик уселись три быка, похожих друг на друга, как братья-близнецы, возле них уже увивались местные работницы. Чуть дальше три парня в деловых костюмах тоже обсуждали что-то не менее деловое.

Но говорить можно спокойно, слов неслышно, ведь вокруг громко, а из колонок на всю катушку доносилось «Душа болит, а сердце плачет» Шуфутинского. Даже если где-то жучки, ничего они не услышат.

— Мы рассматривали возможность запустить текстильный комбинат в Новозаводске или станкоремонтный завод. Но на это надо много денег, а ещё… видите ли, завод же не сразу будет приносить прибыль, — он затушил сигарету.

Официант быстро поменял пепельницу и с осуждением посмотрел на нас, типа чего мы так медленно пьём и мало едим.

— А братки наедут сразу, мол, пора делиться прибылью, — вставил Лёня.