Я с сожалением положил автомат обратно на полку шкафа. Завтра захвачу с собой в Управу.
В итоге завалился спать, когда не было и девяти вечера — занавески пришлось задёрнуть, закат в это время как раз со стороны моего окна, хоть разросшиеся деревья его частично и скрывают. Какое-то время в голове ещё крутились мысли о сегодняшних событиях, но я и сам не заметил, как уснул.
Глава 30 Вокзальный. 29 июня, пятница, вскоре после полуночи
Вас когда-нибудь будили ударом под дых? Надо сказать, это очень неприятно.
Я ещё судорожно пытался вздохнуть, когда кто-то довольно сильный схватил меня в охапку, сдёрнул с кровати и поставил на ноги.
— Руки за голову, сука! Порежу начетверо! — прошипел голос.
Я поморгал — перед глазами чуть прояснилось. В комнате, кроме меня, четверо, все незнакомые, и очень загорелые. Изгои? Пахнет потом, костром, сыростью — вполне может быть… Свет тусклый, не электрический, да и лампа под потолком не горит — но детали разобрать можно.
Пистолет! Нет, на тумбочке, куда я положил его с вечера, его нет — пусто. Конечно, он на виду, они первым делом его схватили — вон, скорее всего именно он заткнут за пояс у того, что стоит ближе. Явно главарь… «Ксюха» в шкафу, но она заблокирована. Нож? Нож в ножнах на поясе брюк — вон они висят, на стуле, ножны свисают ближе в стене, их отсюда не видно… Реально до них добраться?
— Руки, руки, кому говорю! — прикрикнул главарь. В руке его только нож — обычный, не такой, как у меня, но у тех троих, что у противоположной стены, наизготовку двустволки и пистолет.
Я неохотно подчинился, закладывая руки на затылок.
Вот это попал…
Несомненно — изгои. А учитывая то, о чём я думал буквально сегодня, попасть они могли самым простым путём — через зеркало.
Проклятая Варвара!
Или… или не Варвара? В прошлый раз зелье спёрли Управовские — и Валентина ничего не сказала. Вынесли в обход неё, или она всё знала с самого начала? Может, и в этот раз зеркало, внезапно появившееся на стене — подстава Управы?
Или у меня фантазия разыгралась?
Так, стоп. Они точно не будут стрелять. И резать меня не будут — любой громкий звук перебудит всю общагу. Тут, конечно, не толпа народу, человек пятнадцать на этаже, но всех перестрелять не смогут точно.
Видимо, на моём лице явно отразилась надежда, потому что главарь уточнил:
— Можешь орать — поставлен круг тишины. За пределами комнаты никто ничего не услышит. Но лучше молчи и слушай…
Упс. Вот, значит, как… И я уверен — он не блефует. Я бы точно не стал на его месте. И стоит он правильно — набрав от меня дистанцию в пару метров. Комната неширокая, но длинная, раньше в ней, вероятно, стояли, помимо шкафа, две кровати вдоль стены… Метров шесть, а то и больше.