— Это что за ерунда? — спросила она вслух, ни к кому конкретно не обращаясь, и перечитала письмо ещё раз, словно надеясь найти скрытый смысл между строк.

Но там было только одно: «Выполнять беспрекословно». Она откинулась на спинку стула, уставившись в потолок, и попыталась осмыслить произошедшее. С каких это пор глава гильдии так печётся о каком-то принце? Неужели у них там общие дела, о которых она не знает? Или этот Александр настолько важен, что даже рука тени гильдии готовы плясать под его дудку?

А к вечеру того же дня в её кабинете, без предупреждения и стука, материализовался столичный заместитель главы гильдии. Высокий, сутулый мужчина с лицом, которое не выражало ровным счётом ничего. Он прибыл лично, чтобы уже на словах, глядя ей прямо в глаза, подтвердить написанное. Голос у него был тихий, но каждый слог весил как камень, и она невольно выпрямилась в кресле.

— А как же оплата? — с удивлением спросила она, не в силах поверить в такое расточительство. Гильдия никогда не работала за просто так, это было её железным правилом.

— Плевать на неё, — отрезал замглавы, и в его голосе прозвучала такая стальная уверенность, что Елена невольно сглотнула. — Ты оказываешь ему любую помощь. Любую, слышишь? Без ограничений. Если ему понадобится твоя голова на блюде — ты её отрежешь и подашь с яблочным соусом. Это приказ.

— Но как же… — снова сглотнула она, чувствуя, как её детская мечта о титуле баронессы начинает трещать по швам. Ведь то задание по внедрению, которое она так кропотливо выстраивала годами, теперь висело на волоске. — А моя цель? Титул? Мы же договаривались…

— Хоть костьми ляг, но сделай всё, что ему нужно, — перебил её замглавы, и в его взгляде мелькнула тень нетерпения. — Титул не убежит. А вот если ты подведёшь этого парня, мы с тобой потом очень долго будем разбираться. Ты меня поняла?

Елена кивнула, не в силах выдавить из себя ни слова. На этом разговор был закончен. Замглавы развернулся и вышел так же бесшумно, как и появился, оставив после себя лишь чувство полной опустошённости.

Она осталась одна в своём кабинете, задумчиво смотря в одну точку на стене, где висел выцветший гобелен с изображением охоты на оленя. Пальцы сами собой сжались в кулак, ногти впились в ладони, но боли она не чувствовала.

Стать баронессой было её детской мечтой, тем маяком, который светил ей сквозь всю грязь и кровь. После того как её родители погибли по чистой случайности, в какой-то бессмысленной драке между дружинами двух соседних баронов, она поклялась себе, что станет сильной. Сильной настолько, чтобы никто, никогда, ни при каких обстоятельствах не мог растоптать её жизнь, как растоптали жизнь её матери и отца — просто потому, что они оказались не в том месте и не в то время.