На подъездах к городу Лаваль кресты стояли вообще через каждый метр по обе стороны дороги. Сколько же тысяч казнил безумный цезарь? Они что Калигулу за прототип взяли?
На воротах нас ждали. Не иначе один из патрулей доложил о странной группе незнакомцев, размахивающих свитком с посольской печатью. Целый взвод воинов окружил нас, и лишь когда явился императорский приближенный, недоразумение решилось. Мы были приглашены как гости, а встречу с цезарем назначили на вечер.
Барий тут же погнал нас на рынок, где мы покорно сдали снаряжение и получили новое. Доспех с выпуклыми кубиками пресса и грудными мышцами вызвал улыбку.
— Не-не-не, — заголосил Симба. — Никаких гребней на шлеме.
— Но почему! — возмутился Барий. — Они самые дешевые.
И вот как ему объяснишь?
Барий умчался в гильдию за новыми воинами. Нас же предоставил самим себе. Мы большой компанией прогулялись по городу. Многие дома были без дверей, лишь с занавесками. Женщины в тогах приковывали внимание. Нельзя было отвести глаз, вроде платье и платье, но стоит не так ступить или ветер сильно подует, и уже почти видно грудь.
Удивительно, но и это сработало как выбивалка. Мы только и успели подхватить падающего лицом вперед Симбу. Так и ходили с ним, будто с охмелевшим товарищем.
Зашли пополнить запасы ядов. В алхимической лавке можно было приобрести яд мантикоры и странные ингредиенты, например, копыто кентавра. Все вокруг дышало эпохой мифов и героев.
Разбойник пришел в себя неожиданно.
— Ух! Думал, всё, отыгрался, — весело сказал он.
— Ну что, — ехидно протянул Ли. — Почувствовал себя Ахиллесом?
— Ага. Раздергали внимание, блин, своими…
— Кабель, — холодно бросила Весна.
Барий выловил нас буквально чудом, а потом потащил знакомиться с сыновьями. Это было удивительно. Таким мы караванщика еще не видели. Он был радостный и расслабленный.
Оба сына жили недалеко от города, очень сильно походили на отца. Только были куда выше. Владели землей, но не абы где, выбирали не иначе как по подсказке генов, на территории храма. То есть фактически под защитой храмовой стражи и солдат императора. К тому же все их работники из бывших вояк. Да и сами молодчики горазды были сталью помахать.
После долгих уговоров Барий все же вручил им деньги. Мы оставили его наедине с родней и вернулись в город.
Император пригласил нас не во дворец, а в амфитеатр. Решил сразу впечатлять зрелищами.
Царь сидел в центральной ложе прямо над стенами арены. Молодой мужчина лет тридцати, кудрявый шатен с золотым венком на голове и хитрым лицом. Руки и шею покрывали шрамы, свидетельствующие о боевом прошлом. Он поднялся.