— А почему мой работает по-другому? — спросил Орта.

Его браслет завибрировал.

Запрос на рассмотрение профиля. Источник — Бал. Подтвердить?

— Да! — не задумываясь, отдал мысленную команду Орта; Ким выполнила.

— Потому что ты тормоз! Каких мало… — Бал просто прикольнулся, уже не надеясь, что Орта сам догадается. — Открой панель и вглядись в её край. Появится грань, растяни её, как тебе нужно, и перетащи в любую пространственную точку, хоть себе под ноги! Положение сохраняется автоматически. Два нажатия в левый угол скрывают экран от жалеющих заглянуть.

Орта повторил этот трюк со своей панелью, запоминая последовательность действий, но сейчас его интересовала только еда.

— М-м-м, как вкусно! — в экстазе приговаривал Орта, уплетая ложку за ложкой; он съел уже половину почти остывшей похлёбки.

Экстаз он почувствовал с первой ложки, но сначала правила приличия заставляли его сдерживаться, однако вскоре он понял, что ничего вкуснее в жизни не ел, и отбросил церемонии.

Бал сначала решил ответить на вопросы Орта, но его неподдельное восхищение дешёвыми щами заставило Паладина отвлечься. Он уставился на мага, иногда вынужденно уворачиваясь от разлетающихся капель: деревянные ложки удобством не отличались.

— Вот и думай теперь, ты просто неделю не ел или раньше вообще полным дерьмом питался. Ведь это хрень, самая дешёвая жрачка!

— Да нет, быть не может! — закончив с похлёбкой, Орта набросился на рыбу.

— А говорят, у Высших превосходные манеры. Не говоря уж о запросах и вкусах. Но судя по тебе… Ваши утверждают, что не трапезничают в компании людей из-за наших дурных привычек и отвратительного поведения за столом, а не из-за вашего высокомерия и отношения к людям, как к грязи и рабочей силе. Видимо, они с тобой не знакомы! Чавкаешь похлеще пьяниц. Будто после великого голодомора только вчера. Или трёхнедельной добровольной голодовки.

— Я ведь уникальный, — пошутил Орта, продолжая глотать еду, почти не пережёвывая.

Он и сам не ожидал подобной реакции на еду; голод он ощущал, но чтобы так! А как только сделал первый глоток, потерял всякий контроль, испытав вкусовой оргазм.

— Куда ты так торопишься, словно свин? У тебя ведь тарелку никто не отбирает! — Говоря это, Паладин в очередной раз напомнил себе об уникальности нового знакомого, хотя забыть об этом было сложно.

Маг рушил все существующие стереотипы и менял мнение Бала, откровенно не любящего Высших и не доверяющего им. Проблемы внутренних противоречий были очень остры в Лимбе, люди терпели, но до определённых пределов. Знакомство со столь неоднозначным типом дарило Балу надежду на грядущие перемены. Чуть раньше, когда Паладин только задумал получить доступ к профилю Орта, он для себя решил, что, если тот позволит просмотреть данные, значит, точно не врёт, что потерял память, ведь подобное действие — крайняя степень доверия в этом мире, это то же, что показать счёт!