— Марковым пиздец? Они в агонии и теряют власть? — с надеждой спросила Анжелика.

— Если бы, — фыркнула Катя. — Мой телефон разрывается. Вас пробивали по базам МГБ семь раз за последние сутки. И это не рядовые запросы, а уровень доступа «Абсолютный». Знаете, кто имеет такой доступ? Министры и главы парламентских комитетов. Марковы подняли всех своих союзников и клевретов — они ищут грязь.

Анжелика прильнула ко мне, с тревогой глядя на Витковскую.

— Да, опасаться стоит, — строгим голосом продолжила она. — Ищут компромат на тебя, Лика, на Виктора, на Стеллу. Даже на Рыжейшество!

Арина потрясённо пискнула и вжала голову в плечи:

— А на меня-то за что? Я просто рядом стояла!

Витковская загадочно усмехнулась:

— За соучастие, дорогуша — в организованной преступной группе, да ещё и по предварительному сговору.

— Что-о? — растерялась Арина и посмотрела на меня полным паники взглядом.

— Сроки там, кстати, приличные, — сухо продолжила Екатерина, — от пяти до двенадцати, да ещё и с конфискацией магических принадлежностей. А в камере, знаешь ли, кофе в постель не приносят.

— Хватит нас пугать, — решительно произнесла Анжелика. — Раз вы уж соизволили приехать, начинайте решать проблемы, а не херней занимайтесь…

— Что я слышу — проблемы? — разозлилась Стелла. — Вы создаёте эти проблемы, а мы должны их решать? Хорошо устроилась, младшая!

— Спокойно, леди! — я счёл нужным вмешаться. — Это была официальная гонка — всё в рамках правил этого гоночного байкерского клуба, как он там зовётся⁈ Мы просто… переборщили с азартом.

— Переборщили? — процедила Стелла, и в её голосе послышался хруст ломающегося льда. — Из-за вашей безумной выходки политический кризис вышел на финальную стадию, которую люди поумнее вас всячески оттягивали. И теперь финал кризиса начался падением кабмина Слащёва и пожаром в прямом эфире на тридцать миллионов зрителей. Вы трое — сплошная катастрофа!

— Мы защищались, — огрызнулась Анжелика.

— Мы действительно не столь виновны, как ты думаешь, — дополнил я. — Получилось так, как есть.

— МГБ уже формирует три разные следственные группы, — заявила Катя. — И поверь, «спортивный азарт» в их трактовке будет стоять где-то между «терроризмом» и «государственной изменой».

— Ой, ладно, — отмахнулась Анжелика, — не преувеличивай. Ебала я ваше МГБ, ясно?

— Замечательный подход, кто ж спорит? — иронично усмехнулась Витковская и пожала плечами.

— У меня отец — президент этой долбанной республики, а дядя — генеральный прокурор! Уж наверняка с каким-то несчастным МГБ мы сможем совладать! — в голосе моей пассии проявилась свойственная ей напыщенность. — Меня не запугать — я не боюсь ебучих «чернышей»! Народ на нашей стороне!