Всего несколько поколений тому, никому и в голову не могло прийти, что оживут страшные сказки о Дракуле и вампирах, питающихся кровью обычных людей. И вот — практически все население Земли, обложено кровавой данью и «добровольно», раз в неделю приходит во в такие лаборатории, где у них забирают очередную порцию крови. Для, как я теперь знал, выращивания личинок Хантеров. Два миллиарда, выживших после вторжения, землян — стали питательной базой для инопланетян. Как удобрение… Как навоз на огороде.

Сравнение людей с навозом вызвало во мне такую злость, что я даже зубами заскрипел.

Ну, ничего… Недолго жировать осталось. Я уже иду.

А вот это неожиданно…

Впервые, за все годы, что я приходил к пункту сдачи крови, дверь в него не была широко распахнута. И даже табличка соответствующая висела. Странно. Но такая мелочь меня точно не остановит. Берусь за ручку, тяну створку на себя. Не заперто…

Внутри никого… Десятки кушеток, на которых обычно лежали доноры всех возрастов, без разделения на пол, пустуют. Чистыми и неизмятыми простынями подтверждая, что по крайней мере сегодня здесь никого не было.

— Ну чего приперся? — даже не оборачиваясь, реагирует на звук моих шагов дежурная медсестричка, стоящая ко мне спиной и склонившаяся к нижним полкам стеллажа с каталогом доноров. — Читать не умеешь? Закрыто.

— А что случилось? — прелестный вид сзади на изящную фигурку, которую удачно подчеркивает тонкий, бледно-голубой медицинский комбинезон, сглаживает эффект нарочитой грубости.

— Тупой, что ли? Русским языком говорю: закрыто, — даже не делает попытки повернутся медсестра. — Проваливай.

Ладно. Подхожу ближе и не могу отказать себе в удовольствии отвесить по туго обтянутой тканью округлой попке чувствительный шлепок.

— А повежливее можно?

— Ай! — девушка стремительно выравнивается и поворачивается ко мне. — Сдурел?

Кстати, вид спереди ничем не хуже реверса. И грудь, и личико… Что и не удивительно. Желающих устроиться на работу в центр приема крови было не счесть. Сотня на место. Так что начальники могли позволить себе отбирать самых лучших.

А вот в глазах у девчонки недоумение и тревога. Она явно растерялась и не понимает что происходит. Чтобы какой-то донор посмел поднять руку на медсестру, которая для таких как он, все равно что полубогиня — это почти святотатство. Ведь только от них зависит: уйдешь ты отсюда самостоятельно, или свалишься без сил, не добредя даже до пункта бесплатного питания, потому что она «забудет» отключить систему вовремя. И все старались их не сердить и угодить даже в мелочах.