— Какой? — спросил Санёк.
— Сейчас лето. Везде тепло. На Свободе тоже. Доброй Игры!
И перед Саньком раскрылся уже знакомый черный провал, стену над которым украшало прежнее, уже знакомое по первому разу граффити:
«Welcome to the Tutorium».
«Вход в чистилище. Добро пожаловать, детки!»
Санёк затаил дыхание и «пожаловал»…
Глава 26 Игровая зона «Мидгард». Тьюториал «Возвращение ярла». Гремел гром
— Гром гремел, — сказала Крашена, когда Фёдрыч вернулся на хутор. — А небо-то — ясное.
Фёдрыч пожал плечами. Гремел и гремел, мне-то что. Однако подумал, что выстрелы могли слышать и в поселке. Вопрос: смогут ли местные опознать происхождение «грома»?
Крашена частично успокоила майора, заведя разговор о том, что, мол, не иначе это местный бог Тор на кого-то осерчал.
— Лошадь запряги, — велел Фёдрыч, кивнув в сторону воза. — И рыбу, что Коряга привез, обратно сложи.
— Зачем это? — недовольно спросила Крашена.
— Затем, что я так сказал.
Следы побоища Фёдрыч замаскировал, как умел, а потом создал след отвлекающий, памятуя о том, что хороший охотник читает следы как филолог — книгу. То есть главное не действительный смысл, а правильная, то есть соответствующая идеологии специалиста, версия прочитанного. Для создания такой версии Фёдрыч переобулся в сапоги убитого, загрузил труп на лошадку (пришлось повозиться — нести покойника животина поначалу категорически отказывалась) и повез труп подальше в горы и поближе к тому самому медведю, на которого местный лидер глаз положил. Однако километра через два рельеф местности подсказал Фёдрычу более занятный вариант. Узенькая (едва-едва проехать) тропа пошла прямо по краю обрыва. Не то чтобы очень глубокого, но достаточного, чтобы при случайном падении свернуть шею. А еще шагов через пятьдесят и место подходящее нашлось: каменная осыпь, а двадцатью метрами ниже — густой кустарник.
Памятуя о следопыте, Фёдрыч вернул покойнику его обувь и отправил тело в недолгий полет по почти отвесному склону. Мертвец скатился вниз очень удачно. То есть проломил кусты и исчез из виду. Хорошо получилось. Люди, если не будут присматриваться, вряд ли заметят, а зверье точно найдет.
Теперь следовало создать ложный след, поэтому майор влез на лошадку и проехал по тропе еще метров пятьсот, до того места, где тропа круто забирала вверх, и двигаться дальше можно было разве что на осле, а затем повернул обратно Теперь воображаемому следопыту, по предположению Фёдрыча, должна была представиться совсем простая картина. Сбежала у человека лошадь. Тот пошел ее искать, нашел, а найдя, решил проехаться дальше по тропе. Что он и сделал. Но на этом — не успокоился. Вернулся, впряг лошадь в воз и снова отправился по той же тропе уже пешком. За каким хреном? А кто его знает. Теперь уже не спросишь…