Глава 3
Гребаная жизнь!
Я очнулся и понял, что лежу на траве. Автомат в руке, безумно хочется пить, все тело ломит так, словно его пропустили через мясорубку. Нет, раны не болели: ни старые, ни новые, но после сегодняшних приключений и этих полетов в непонятно куда, я чувствовал себя как лужа блевотины. И да, проблеваться очень хотелось, но, к сожалению, нечем.
Выматерившись, принял сидячее положение, открыл глаза, огляделся и усмехнулся. Леса вернула меня обратно в Сокольники. Я очнулся возле круга, за палаткой с хот-догами, в полукилометре от того места, где все началось. В принципе — логично. Там, на острове, я примерно столько и прошёл. Нет, есть ещё вариант, что я сдвинулся, но как тогда объяснить кровь на одежде, автомат и приятный холод в груди? А ещё ломоту в суставах и желание проблеваться?
Нет, чисто теоретически, я мог отобрать у капитана автомат и устроить на поляне стрельбу, но среди полицейских не было лучников. При этом мои куртка и футболка разорваны стрелами, поскольку пулями так не попасть. Может быть, отходил, отстреливаясь, и ободрался? В Сокольниках, ага, за палатку хот-догов, и меня до сих пор не нашли. Чего только ни придумаешь, чтобы не принимать очевидное. Нет, я, конечно же, сдвинулся, но немного не так.
Слетал на неизвестный остров, пристрелил шесть каких-то мудаков и мага вместе с чудовищем. Затем навестил храм, получил подарок от его хозяйки и поболтал с прикольной девчонкой. Эта Леса и правда классная девушка. Залечила на мне все, что возможно. Старые раны тоже теперь не болят, и нужно будет сходить к врачу провериться. Фея Смерти, ага… Думал, они по другой части, но в сказках же было что-то про мертвую воду, которая заживляла все раны? Может быть, и тут что-то такое? Впрочем, думать об этом буду потом, сейчас нужно решить, что делать дальше. И кстати…
Я открыл сумку, достал телефон, посмотрел на часы и хмыкнул. С того момента прошло чуть меньше пары часов, значит на поляне сейчас аврал. В общем, нужно идти туда, и автомат умнее было бы где-нибудь спрятать, чтобы не появляться с оружием. Вот только я не хочу под статью. Ведь если «Калашников» кто-то найдёт, мне потом не отмыться. Поэтому пойду и отдам операм, ну или кто там сейчас на поляне? Ну а то, что рожок расстрелял — так идут они на хер. Если бы не стрелял, то и автомата никто бы уже не увидел.
Окончательно определившись с решением, я поднялся на ноги, снял куртку и замотал как мог в неё «Калаш». Затем вышел из-за палатки на круг и направился к нужному просеку.
Народу в этот час в парке было немного: мамочки с колясками и маленькими детьми, пенсионеры, праздно шатающиеся прохожие. Вид окровавленного мужика с уставшей физиономией и непонятным свёртком в руке позитива не вызывал. Люди шарахались, женщины прятали за спины детей, а какая-то тетка словила ступор и замерла с раскрытым ртом на дороге. Я учтиво с ней поздоровался, обошёл и, вытащив телефон, позвонил на работу. Все-таки окровавленный мужик с телефоном меньше пугает людей чем просто мужик, да и предупредить начальство необходимо.