– Надень его на голову, – сказал Нефер, – видишь, тут специальный обруч. Если смотреть через дырочку, свет лампы отразится в зеркале и создаст то, что мы хотим найти в твоей пирамиде. Мы как бы воскресим это вместе. Увиденное может показаться тебе непривычным и странным. Не пугайся, ибо это отражение твоих собственных мыслей, обрамленное мудростью Сета.

Авраам закрепил обруч на лбу, накрыл зеркалом глаз и сделался похож на пожилого доктора.

– Я ничего пока не вижу, – сказал он. – Только камень. Ага… Подожди-ка… Тут какой-то каменный коридор.

– По этому коридору, – сказал Нефер, – мы попадем на первый этаж твоей пирамиды. Иди вперед, а я проникну туда вслед за тобой.

Лампа поднялась в воздухе над рукой Нефера так, чтобы на зеркало попадало больше света.

– Теперь я вижу какую-то дверь, – сказал Авраам неуверенно.

– Я тоже, – ответил Нефер. – Открой ее.

– Почему ты не можешь сам? Ты же грабитель усыпальниц. Ты знаешь, как открывать такие двери.

– Проклятие пирамиды не действует на ее хозяина. Не хитри со мной, предупреждаю тебя во второй раз…

Металл в голосе Нефера заставил Авраама поспешить. Он склонился над дверными ручками.

– Тут какая-то печать. И веревка. Она уже в труху превратилась… Почему все такое старое?

– Потому, – ответил Нефер, – что между моим временем и твоим прошло много веков.

– Но мое время было значительно позже. Значит, все должно быть новым.

– Для меня будущее подобно древности, а древность подобна будущему. В какую сторону идут века, праху все равно.

– Вот, – сказал Авраам, – она сама рассыпалась. Можно открывать?

Нефер присел и заслонился рукой.

– Открывай.

Авраам сдвинул тяжкую дверь в сторону. Пахнуло вековой пылью, и что-то массивное повалилось на пол. Раздался хруст, звон, неприятный скрежет – и тонкий дребезг какой-то железки, покатившейся по каменному полу. Наконец наступила тишина.

Нефер облегченно вздохнул. Выпрямившись, он подошел к дверному проему.

– Войди внутрь, мертвец, – велел он.

Авраам поежился от такого обращения, но подчинился. Нефер прошел следом. Лампа увлекала его вперед, как рвущийся с поводка пес.

– Так, – сказал он, – что мы видим?

Сквозь дырочку в начищенной бронзе был различим не слишком большой фрагмент пространства, но зато он был освещен отраженным светом лампы.

Свет и правда был волшебным – он разрывал пелену небытия. Покрутив головой, Авраам смог разглядеть вокруг просторный зал. Ему казалось, что он сам рисует увиденное мазками своего внимания. Но на воплощение образов его памяти окружающее походило мало.

В центре зала громоздились какие-то повозки, сосуды и другой древний хлам. Вдоль стен высились статуи богов – странные, разноцветные, в причудливых головных уборах и нарядах. Их было восемь, по две у каждой стены. Теперь осталось семь – одна из статуй, женщина с коровьими рогами на голове, стоявшая у самого входа, упала, когда открылась дверь.