— Все хорошо, но что такое спортивный лагерь? — спросил Илья, которому я пересказал разговор с отцом Лекса, спохватился, что никто ничего об этом не знает, и поправился: — Приезжий директор хочет, чтобы мы устроили спортивный лагерь москвичам.

— Это можно, — потер руки я. — На косе, где море и песок! Представьте: палатки, море, ночные купания, тренировки рано утром и вечером, когда солнце садится. Напрягся — и сразу в воду пш-ш-ш! А ночью — чтобы обязательно костер и плов на огне.

— С крабами и рапанами! — мечтательно продолжила Гаечка.

— И море светится, — мечтательно протянула Алиса.

— Только надо обеспечить регулярный подвоз воды, — спустил нас на землю Илья. — Там же ни родника… ничего! А пить будет хотеться, и чаю с кофе. Да просто смыть соль с кожи.

— Об этом директор пусть думает. Машина у него есть, емкости тоже должны найтись. Идея — его.

— И то верно, — прогудел Димон Чабанов.

Памфилов потер руки.

— Сам с удовольствием там пожил бы! А женские бои в грязи будут? Там вроде лиманы недалеко.

— Комары сожрут, — сморщила нос Лихолетова. — Мы с родителями как-то туда поехали, еле выжили. Во-от такие кабаны с волосатыми носами! И всю ночь — бзю, бзю, бзю!

— Это ж москвичи, — улыбнулся я, — у них у всех дачи есть за городом. По сравнению с их птеродактилями наши комарики — так, тля.

Ян вставил свои пять копеек:

— Когда бездомным был, меня заедали, хоть…

Договорить ему не дал телефонный звонок. В прихожую отправился Илья, снял трубку, замолчал.

— Паш! — крикнул Илья. — Тебя.

— Кто? — удивился я, шагая к нему.

— Квазипуп, — сказал он, прикрыв телефонную трубку рукой, и протянул ее мне.

Что ему нужно? Почему он звонит сюда?

— Да? — поднеся телефонную трубку к уху, спросил я настороженно.

— Вы где? Скорее домой, — выпалил отчим. — Тут… органы опеки.

Захотелось выругаться, но я сдержался. Отец-таки вышел на тропу войны, хочет либо выселить мать и забрать половину квартиры, либо собирается ей просто нервы потрепать.

— Хорошо. Пять минут — и мы дома, — я положил трубку и крикнул: — Боря! Собирайся, поехали.

Со слов мамы, Квазипуп вернулся сегодня ночью, устал, решил отоспаться и на работу не поехал. И вот, пожалуйста. Может, они каждый день ходили, но мама возвращается поздно, а нам там делать нечего.

— Что там? — высунул голову из зала Боря.

— Отец натравил на мать органы опеки, обвиняя ее в плохом обращении с детьми, — сказал я всем. — Так что нам нужно показаться дома. Вы спускайтесь на базу, я к вечеру приду.

— Вот козел, — вздохнул Борис и поплелся за мной.

Квазипупа он ненавидел больше отца, потому что отцовские выходки забылись, а Квазипуп появился недавно, и все ощущения свеженькие.