Что-то с ним сегодня не то.
Интерлюдия Учителя
— Смотрю и глазам своим не верю, — проговорил Геннадий, переведя взгляд с мальчишек за окном, тащащих ведра, на учительницу английского, которая вызвалась подрабатывать воспитателем пионерлагеря в июле и августе.
Илона выглянула в окно, проводила взглядом мальчиков.
— Ну замечательно же ведь, не скамейки в подворотнях ломают, а делом заняты.
Директор встал рядом.
— Вот и я не верю. Что тут не так?
— Да все так, Гена, успокойся и радуйся.
— Да какой там «все так»! Ты вспомни, какие скандалы нам устраивал Райко, отказываясь дежурить и прикасаться к тряпке во время дежурства, типа он — аристократ доморощенный. А теперь посмотри. Чем они его шантажируют?
— Ничем, он выглядит вполне довольным, я по вашему совету за ним понаблюдала, нет там никакого насилия и шантажа.
Пожевав губами, дрэк признался:
— Володька Райко приходил, жаловался, что Петр от рук отбился, как будто в секту вступил, из дома все тащит, не слушается. Просил присмотреть за ним.
Илона Анатольевна насторожилась, задумалась, и лицо ее побелело.
— Я бы с осторожностью относилась к Владимиру, это очень подлый человек. Потеряв влияние на сына, он может просто наговаривать на Мартынова — мстить за то, что он теперь у Пети в авторитете. Ты вспомни, как он цены на хлеб ломил, когда к нам дороги завалило.
— Ну сама посуди, — продолжил рассуждать Геннадий, — дети изменились, весь класс как подменили, кроме некоторых отстающих. Даже Райко за тряпку взялся! Держатся вместе, довольно замкнуты, у них стали появляться дорогие вещи. Откуда? Кто за этим стоит?
— Гена, эти дети работают на рынке, торгуют всякой мелочевкой. Пашка их снабжает и прибыль им оставляет, насколько я знаю.
Директор хмыкнул.
— То есть, ты утверждаешь, что за всем этим движением стоит подросток? Мартынов?
Геннадий прошелся по пустой учительской, потер подбородок.
— Я вижу все признаки секты, куда пытаются втянуть наших детей. И московских детей, видишь, какую деятельность развели, чтобы заманить приезжих в свою сеть.
Илона улыбнулась.
— Да нет же! Ты дуешь на воду, они просто играют, им интересно.
— То есть ты веришь, что один подросток способен подмять под себя целый класс? — прищурился Геннадий. — А вспомни, как они против Джусихи протестовали! Вся школа бастовала перед администрацией. Попробуй-ка организовать такой протест, и чтобы все пришли. Не каждому взрослому под силу, а мальчишка — смог!
— Заметь, идею с лагерем он тебе подкинул, — улыбнулась Илона.
— Потому что закулисник хочет подобраться к московским детям! — уверил ее Геннадий. — надо за их шайкой-лейкой понаблюдать, лишним это точно не будет. Вдруг у нас под носом зарождается зловредное движение типа! Сегодня они учатся драться, а завтра — «Аум Синрикё»!