— Ну как, получилось?

— Ага, — кивнул я. — Пусть мешки побудут тут.

— Ты убегаешь, что ли? — удивилась она.

— Да, бабушку проведаю, вернусь ночью. А завтра мешки заберем на машине

— Хоть поужинай. Я жаркое приготовила, очень вкусное.

— Пощади! — Я сложил руки на груди в молитвенном жесте. — Меня еще бабушка кормить будет. Лопну же! Да и дядя Леша ждет…

Мама погрустнела и прошептала:

— Вы так отдалились, дома не бываете. Для кого же я готовила?

— Покорми дядю Лешу. Наверняка голодный, как волк. Он здорово мне помог.

Мое предложение воодушевления не вызвало, мама вздохнула:

— Ну хоть посиди со мной немного, расскажи, как что прошло.

— Он ждет. — Я кивнул на дверь.

— Ну, зови и его.

Я сбежал вниз, позвал Каналью, который долго упирался и отнекивался, но в конце концов сдался. Мопед пришлось поднимать на лестничную клетку, потому что ничего без присмотра оставлять нельзя, только отвернулся — опа! Угнали.

Когда мы вошли, мама уже накрыла на стол, и ноздри защекотал головокружительный аромат мяса, зелени, выпечки.

— Рома принес зайца, — объяснила мама наличие мяса, и я мысленно поставил галочку, что надо купить пару килограммов.

Каналья шумно втянул воздух, сглотнул и выпалил, присаживаясь и подвигая к себе тарелку:

— Господи, как же домом пахнет! Уютом. Спасибо, Ольга! Век должен буду.

— Ой, да ладно вам! — отмахнулась мама, с настороженностью следящая за Канальей, который дождался, когда я возьму ложнку, и только тогда принялся есть.

Поднеся ложку ко рту, он перевел взгляд на маму.

— Составьте нам компанию, хозяюшка!

— Я уже ужинала. Разве что если чаю выпью.

Наскоро поужинав, я промокнул рот салфеткой и сказал:

— Спасибо, ма. Это офигенно! Мне пора к бабушке, еще звонить клиентам…

— Так заночуй у нее, зачем тебе мотаться? — предложил Каналья, доедая жаркое.

— Разумная мысль, — кивнул я. — Ма, ты не против?

Она покачала головой.

— Тогда я побежал. Спасибо…

Каналья подорвался, едва не опрокинув стол. Поймал тарелку на лету. Куски хлеба рассыпались по полу, мама бросилась их собирать.

— Извините, Ольга. Я, как слон в посудной лавке…

Он поставил тарелку на стол, кинулся ей помогать, но поздно, мама справилась сама, улыбнулась:

— Ничего, бывает. Нестрашно!

От беды подальше она убрала тарелки в мойку, отвернувшись от смущенного Канальи, который остановил на мне взгляд. Чего это с ним? Отвык от женской заботы? Но, заигрывая сегодня с той девушкой, что принесла орехи, он вел себя вполне уверенно.

— Идем, — сказал я, и он пулей вылетел из квартиры, уронив:

— Спасибо. Было очень вкусно!

Поскольку мопед не вывезет двоих, мы разделились, условившись встретиться у бабушки.