Пока считал ступени, я думал о том, что, если Горгоцкая продаст дачу, мы очень нескоро увидим Тимофея, и от этого грустно.
Пятьсот долларов за дом, пусть и плохонький — это же вообще ни о чем! Дом Кабанова я не потяну, а столько у меня есть, и еще деньги останутся! Вот только выкупить я ее не смогу, потому что у меня даже паспорта нет, а как на это отреагирует мама — большой вопрос.
Я поймал себя на мысли, что смутно помню дачу Тима. Она находилась в самом конце кооператива и примыкала к лесу, мы туда не ходили. Каменный небольшой домик с покатой крышей. На первый взгляд, площадью около сорока квадратных метров. И еще сарайчик летней кухни…
И тут меня посетила толковая идея. Если там есть печь, это именно то место, куда можно поселить сирот и Лидию! Всяко лучше общаги или хибары в промзоне.
Вот только на кого оформить дачу? Мать мне весь мозг вынесет — да зачем тебе это нужно, и так работы на даче море! Давай на эти деньги лучше купим импортный телек!
Откуда ей знать, что через десять лет там вырастут настоящие дворцы?
Потому, спустившись в подвал, я сразу же спросил у Тимофея:
— Пятьсот долларов, говоришь, за дачу?
Он грустно кивнул.
— Там есть печка? — уточнил я. — Какая площадь домика, сколько комнат?
— Веранда, прихожая, две отдельные комнаты. Печка, да, есть. И летняя кухня. Там тоже печка и титан.
— То есть зимой там жить можно?
— Мы на Новый год как-то приезжали. Можно. Но дорога слишком уж грязная, никуда не выйти. А так нормально, я бы жил. — Он вздохнул.
— Поехали смотреть твою дачу, пока не стемнело, — потер руки я.
Прода — с субботы на воскресенье. Обновления не будет, так как продублировался текст.
Глава 35 На дачу!
Я боялся, что дача Тимофея окажется никуда не годным сараем, построенным из всего, что удалось добыть. Но нет, это был небольшой каменный деревенский домик под шиферной крышей, и закопченная труба говорила о наличии рабочей печи. Порожек под козырьком, беседка, оплетенная запыленным хмелем, по одну сторону от нее — летняя кухонька примерно, как у бабушки, по другую — дом.
А вот огород небольшой, вместе со двором соток пять. Определенно, дача стоила дороже пятисот долларов, просто пока мало кто рассматривает дачу как жилье, а почва тут каменистая, огурцы не растут, яблони и груши дохнут, а картошки осенью получается ровно в два раза больше того, что посадил — сельскохозяйственной ценности такая земля не представляет.
К тому же кооператив почти в лесу, и до ближайшего магазина добираться минут пятнадцать, а после дождя грязно, асфальтовой дороги нет — неудобно для постоянного проживания. Зимой все разъезжаются, остается только сторож — дед с алабаями.