— Интересно, как наш толстяк, — спросил Борис уже после тренировки.

— И мне интересно, — кивнул Ян.

— Он обещал писать, — вспомнил Илья. — Павел, ты проверял почту?

— Так из Саранска письмо будет неделю идти, — сказал я и добавил: — Наверное. После первого сентября Тим отпишется, поделится новостями. То есть через дней пять узнаем.

— Айда на море! — предложила Гайка. — Последние теплые деньки! Я сегодня после школы ходила, ночи холодные, вода остывает, скоро так в кайф уже не поплаваешь!

— А и давай, — согласился я. — Но — туда и назад, потому что дел выше крыши.

— Завтра ж треньки не будет? — спросил Боря.

— Завтра у…

Ответить я не успел, потому что Наташка, ворвавшаяся в помещение, завопила:

— Люди, прикиньте, мне дали роль! Уи-и-и! Роль со словами!!! — Она положила руки мне на плечи, поцеловала в обе щеки, я оторвал ее от земли и закружил.

— Круто! Поздравляю!

Потом она поцеловала каждого, и каждому передалась ее бешеная радость. Это ж мечта всей ее жизни — роль со словами…

— Погоди, — уточнил я, — роль… А где будешь играть? На дне учителя или на утреннике?

— Нет! Стала бы я так радоваться! В настоящей пьесе, на большой сцене! Уи-и-и! — Она упала на продавленный диванчик, дрыгая ногами.

— Круто! — оценила Гайка и показала «класс».

— Я вас всех приглашаю!

— А что за пьеса? — спросил я.

— Местный автор написал, про евреев. Я играю младшую сестру! У меня три выхода и две фразы! На большой сцене! Приходите все на премьеру! Будет ориентировочно в конце октября.

Начался второй круг обнимашек, мы узнали, как нас любят, ценят и вообще, а потом Наташка удалилась домой, а мы побежали на море. А когда добежали, поняли, что купаться не тянет, потому что солнце скрылось за горой, и подул холодный ветер.

По воде бежала мелкая рябь, волны со всхлипом лизали камни, и сердце наполнилось пронзительной грустью — сейчас я действительно ощутил, что лето закончилось. Даже в обед, когда еще жарко, солнечные лучи падают под другим углом, и море кажется более темным, неприветливым, тени — более длинными и тревожными.

— Чет холодно, — потирая плечи, сказала Алиса.

— Возможно, сегодня последний теплый день, пойдут дожди — и все, — говорил я раздеваясь.

Это послужило мощной мотивацией и загнало всех в воду, где мы сидели довольно долго, потому что там теплее. Потом вытерлись и не просто разошлись — разбежались, стуча зубами.

Борис отправился домой, а я — к Илье, звонить бригадиру, а потом — деду. На рынке я хотел узнать цену фундука, но из-за конфликта с рыжим хамом забыл, зачем туда пришел. Но на всякий случай закинул удочку, когда разговаривал с бригадиром — мол, куплю фундук по триста рублей, крупный — дороже. Спросил, где доставать товар зимой, бригадир ответил, что в «холодильнике» — на специальном складе, где искусственно поддерживается нужная температура. Но там могут долго храниться разве что яблоки.