– Это что, – буркнул Брок, скрипнув ногтем по левому шару, – у него вихры на яйцах прорисованы?

Он же и загоготал от этой шутки первым. Брок редко шутил. Оттого Джо и запомнил эту попытку.

Теперь этот кинжал был приперт к боку малефики. Красавчик знал, кем являлась Чонса – он задрал на ней платье и похабно скользил оголовьем по нагой коже от тяжелой округлости груди до края льняного исподнего. Там, где он вел, оставались ожоги. Малефики не выносили касаний к Кости Мира.

Когда он уткнулся носом ей в шею, стал виден безобразный шрам на щеке, какой бывает от клыков волка. Чонса шипела сквозь зубы, сражаясь с болью, но не могла утаить крупные слезы и запах жженого мяса от чернеющего волдырями бока.

Они пытали её. Пытали его Чонсу! Малефику, которую он поклялся защищать – в том числе и от самой себя. Джо дернулся за мечом.

– Ну-ну, голубщик. – Второго он не заметил, так тихо он сидел в ногах, с интересом разглядывая лицо ключника. В руках у него был меч. Это оружие Джолант тоже знал. Не один вечер он провел, монотонно скользя оселком по клинку, заостряя его до прозрачности стали по краям. Заточка была что надо. Одну за другой преступник отпорол пуговицы с его рубашки и провел длинную линию по впалому животу. Закровило.

– Что вам надо? – спросил сквозь зубы ключник, потому что не знал. Вернее, вариантов было слишком много. Они вихрем пронеслись в голове: работорговцы с юга, голодные постояльцы, культисты, охранники Вепря (они так и не оплатили постой, еду и питье), просто грабители или же наёмные убийцы.

Насильники?

Джолант бросил взгляд на Чонсу. Заметил – руки и бедра связаны, как у норовистой кобылы. Когда смазливый ублюдок тянул за узел назад, она извивалась в попытке устоять. Ему, кажется, нравился прогиб её спины.

– Что вам нужно? У нас нет денег, – произнес Джо голосом тверже. Тот, кто срезал пуговицы, ухмыльнулся. Зубов у него не было. Ключника передернуло, когда тот напоказ языком снял с его меча его же кровь.

– Кловь, – картаво промяукал он. – Твоя кловь, ублюдок.

– Жжет! – не вытерпела и вскричала Чонса. Её колотило от боли. Джо хотел рвануть к ней, однако меч крепче прижался к его животу. Больно! Еще немного и ливер полезет наружу.

Чонса снова закричала. Безумно и исступленно, как раненое животное.

– Лади вшех Швятых, угомони эту млащь!

Удар в висок. Четкий, знающий. Значит, наёмники. Девушка ослабла в путах, и истязающий её разбойник довольно захихикал.

– Но пока мы повешелимся, а? Ты такой шимпатишный мальщик, – причмокнул беззубый и потянулся к лицу Колючки. Тот вскинул подбородок, приподнялся на одной руке. Что же делать? Мужчина накрыл весом его культю, запылало белым от боли, вылетел стон – и душегуб взвизгнул от восторга. Он проговорил с гнилостным придыханием в его губы. – Тш-о-олант…