А потом мы переместились. В мир, который стал нашей ссылкой. И из которого нельзя было возвращаться без веской причины. Так мне сказал Добряк. Что это значило? Да кто его разберет? Интересно, поимка Молчуна достаточно веская причина? В любом случае, я был настроен более чем амбициозно.

Взору предстал покинутый город. Хотя нет, я был не прав. Уничтоженный город. Развороченный каменный склеп, растянувшийся далеко вперед. Некогда здесь высились башни, одна до сих пор торчала к северу, будто стеснительная дылда, которую никто не приглашает на танцы. Худенькие хибары рядом с дворцом представляли собой лишь обломки дерева и присыпанные пылью обрывки материи. Да и сам дворец уцелел частично. Огромные ворота из кованого железа свернуты, стена тут и там обвалена.

– Тирольт, – мрачно резюмировал Балор, – когда-то крупнейший рынок в этой части Нити. Здесь можно было найти все, что угодно.

– Жители нашли здесь смерть, – ответил я. – Пойдем, нам вон туда, – пришлось мне свериться с картой.

Атрайн будто издевался над нами. Ярко светила местная звезда, вокруг царила тишина и спокойствие, а глаза то и дело натыкались на отметины смерти. Вот на дереве видны следы ногтей. Смертного тащили и тот цеплялся за все подряд. Далее рядышком лежали одежда и меч – все, что осталось после убийства Ищущего.

– Если тебя это успокоит, – сказала Рис, – большинство из них были пылевыми наркоманами. Для них жизнь уже давно закончилась.

– Не успокоит, – ответил я ей.

И Тирольт вновь погрузился в тишину, изредка нарушаемую неосторожными шагами. Молчали мы до самого выхода из поселения. И еще долго шли, не в силах обернуться и посмотреть на мертвый город.

Мир был на удивление прекрасен. Солнечный, возможно, излишне каменистый, хотя имелись места для возделывания земли или выгона скота. Я знал, что в Атрайне изначально не было разумных. Непонятно по какой причине Братья открыли этот мир для Ищущих. Но он им приглянулся. При желании, здесь можно было построить и сделать много чего. Однако пришли Они. И самый большой торговый путь в Нити перестал существовать, а столица оказалась разрушена.

Атрайн постоянно пытался тебя обмануть. Всем своим видом он говорил: «Меня не надо опасаться. Здесь хорошо». Но чем дальше мы шли, тем сильнее я ощущал нечто звенящее в воздухе. Опасность, которая пробирала каждую частицу оболочки.

– Уже недалеко, – вдруг сказала Рис.

– Что ты чувствуешь?

Я спросил одно, хотя хотел поинтересоваться совершенно о другом. «Как ты?». С виду девушка выглядела нормально. Даже чересчур. Именно это и напрягало. Мы оказались в полностью уничтоженном городе, но Рис и бровью не повела. Конечно, может, она очерствела за все это время. Но мне думалось, что дело в другом. И я боялся, что могу оказаться прав.