– Мы готовы, Седьмой, веди нас, – все не унимался Балор.

Блин, да что вам, места мало? За мертвым городом до самого горизонта неизведанные земли. Но в то же время Вратарь прав. Не можем же мы пойти абы куда, лишь бы поскорее скрыться от тварей. Так нас легко загнать в ловушку. Мы будем напоминать короля, который мечется по доске в попытке уйти от шаха. А такие действия, как правило, заканчиваются матом.

– Рис, я в прошлой жизни шахматами увлекался? – спросил я девушку.

– Без обид, Сереж, но если только в дурака. И то, не в подкидного, – решительно ответила она.

Я попытался всмотреться в матрицу, но, как и обычно, когда старался мучительно вспомнить о прошлом, разглядел лишь неясные образы. Но в то же время, стоило произнести про себя слово Атрайн, как я четко увидел стены, ловушки, битву с тварью. Только мое тело было гораздо меньше и являлось более уязвимым. Песок мой родитель, да я же тут был! В смысле, будучи Ищущим.

– Лабиринт, – негромко проговорил я.

– Что лабиринт? – не поняла Рис.

– Он в брошенных кузнях, – ответил Балор. – Говорят, что их чуть ли не первые Вратари создали. Но что мы там можем найти?

– Мы пойдем туда.

Я сам не понимал мотивы своих слов. Но был более чем уверен, что именно это место мы должны посетить. Как это называется у смертных – интуиция? Забавно, потому что у Вратарей ее заменял долг. И если ты сомневался, то должен был положиться на него.

– В ограниченном пространстве мы можем оказаться там в весьма уязвимом положении, – заметил один из Братьев.

Вот они, отступники во всей красе. Будь я инструктором у обычных Вратарей, те бы даже бровью не повели. И не потому, что подобная растительность у нас отсутствовала. Просто приказы не обсуждаются. А здесь это являлось причиной для дискуссий. Хорошо, что Балор был на моей стороне. И попытался привить хоть немного дисциплины нашей слишком вольной кучке.

– Седьмой сказал свое слово. Кто не согласен, остается здесь, дожидаться тварей. Сколько их, вы видели. Остальные за нами.

Вот тут тоже сработала исключительность отступников. Нормальные Вратари, будучи уверены в своей правоте, стояли бы до последнего. В упорстве Братья превосходили парнокопытных семейства полорогих. Отступники же больше походили на смертных, куда толпа ломанулась, туда и они.

– Не перемещаемся! – крикнул я, забирая кусок созданного пергамента с координатами у Балора. Что поделать, образ видел, а вот где находятся кузни, не представлял. – Иначе нас будет легко отследить. А так, пусть мучаются. И привлекают своих ручных Вратарей. Рис, пойдем на ручки.