— Нет, — совсем посерел коротышка, — наставник моего учителя. Меня… — он сделал паузу, раздумывая, рассказывать или нет. Однако все же решился, — меня не взял. Сказал, что алхимической предрасположенности нет. Лавочником я стану, а вот гениальным экспериментатором никогда.
— Расскажи еще о Прыгающем? — решил я сменить тему разговора.
— Все думали, что он место прежнего правителя и займет. Все-таки уважаемый Игрок был…
— Но что-то случилось?
— Пуль со своей бандой случился. Тот сразу понял, что к чему. Стал Прыгающего выживать. Палки в колеса вставлять. Говорят, вроде даже убить пытался. Вот тогда Прыгающий и сбежал. Туда, к горам, — указал Тартр в куда-то в сторону, — перевез мебель, реагенты, колбы, алхимические столы, книги. Там и живет теперь. Только самоубийца может сунуться к нему в пещеру. Говорят, она вся в смертельных ловушках.
— То есть, выкрасть, скажем, какой-нибудь эликсир у Прыгающего не вариант?
— Ни хитростью, ни силой это не удастся, — покачал головой Тартр, — скорее пантерфен на горе после дождичка в полную Синюю луну спляшет.
Я не стал уточнять значение этой идиомы, интересовало другое.
— Получается, Пуль и Прыгающий недолюбливают друг друга?
— Это раньше они друг друга недолюбливали. Теперь вражда между ними такая, что и представить трудно.
— А это замечательно, — отодвинулся я от стола, — просто великолепно. Теперь, хотя бы, я примерно понимаю, что надо делать.
Глава 3
Один тотемный зверь с головой полной опилок искренне считал, что лучшим временем для похода в гости является утро. Следовать канону не получилось — на дворе была середина дня. Но отвертеться от посещения верхней крепости Вирхорта не представлялось возможным.
Бастион находился наверху, будто приклеенный сбоку к горе. Издалека маленький, почти игрушечный, вблизи он оказался более чем внушительным. Массивные выпуклые башни, высокие стены, приземистый крепкий донжон. Такую крепость лучше всего штурмовать с воздуха. Потому что с узкой дороги это делать было бессмысленно. С одной стороны идеально ровные отвесные скалы (здесь явно поработали мастера-каменщики), с другой обрыв.
И архалусы у главных ворот. Несмотря на то, что я, как антиклерикальный человек, относился к ним со скепсисом, не мог не признать до чего все-таки красивый биологический вид. Одухотворенные лица, рослые фигуры, а самое главное — крылья. Перышко к перышку, вот ведь голуби сизые. Стоят, красивые — девушка и парень. Инь и Янь. Единственное — характер только говнистый. Что один из архалусов сразу и продемонстрировал.
— День добрый, мне бы к командующему Вифеилу.