— Рот сушит после кляпа, — объяснила она, — скажи, как ты это все провернул?
И я стал повествовать свой удивительный рассказ «Дементьев Сергей против всех». К моменту его завершения не только принесли еду, Лиций даже почти закончил трапезу. А я смотрел на ароматные и горячие колбаски с кислой капустой, исходил слюной, но не мог прерваться. Совесть не позволяла.
— Вот так, — закончил я и залпом выпил стакан пива.
В таверну ворвалось несколько пергов, что-то крикнули на непонятном мне языке и выбежали вновь. А вместе с ними большая часть находившихся в закусочной аборигенов.
— Они бегут г-г-громить особняк бывшего правителя, — объяснил Лиций, — кстати, ты почему-то не взял трофеи с убитого?
С этими словами зверолюд протянул мне ножны и высыпал на стол пыль. Сто тридцать четыре грамма.
— Ты когда успел? — удивился я.
— Ну вы там в гляделки играли, — улыбнулся Лиций и его морда стала довольной. Еще бы заурчал, — а мне пары секунд хватило. Т-т-тряпье только забрать не удалось.
Но я его не слушал, потому что вытащил отлутанный клинок и не мог вымолвить ни слова. Даже характеристики посмотрел.
Рассекатель плоти
Лунная сталь.
Зачарован на причинение вреда физическим существам.
Только для использования Игроками.
— Чтоб меня … — выругалась Рис, — он похож на твой.
— По характеристикам так вообще одинаковые.
— Это, конечно, р-р-редкость, но н-н-не нечто невообразимое, — заволновался Лиций, — б-б-ывало, что мастера с-с-специально создавали одинаковое оружие.
— Вот только для чего?
— Первый клинок тебе передал хорул? — спросила Рис.
— Да. То есть, нет. Отдал Охотнику, а тот мне.
— Как этот нож попал к Пулю остается только догадываться, — смахнула челку с лица Рис, — если представить, что хорул тоже…
— То он знал, что я встречусь с ним.
— И уб-б-бьешь.
Мы замолчали, обдумывая случившееся. Однако, чем дольше сидели, тем больше становилось понятно, что ничего хорошего сейчас не надумаем.
— Ладно, черт с этим ножом. Надо думать, как освобождать Троуга. Точнее, где найти эту самую дьявольскую серу.
— С этим к-к-как раз все п-п-просто.
— Ага, стоит лишь отправиться в Фиррол и разграбить кабиридское кладбище. Вот только я Светлый. Проход мне заказан.
— Нет — улыбнулся Лиций, — надо к-к-как раз возвращаться в Отстойник.
Глава 6
Не секрет, что на протяжении всей истории нашей страны понятливых и рассудительных людей не очень любили. Выражение «очкарик» или «интеллигент» щедро выданное лишь на основе высшего образования, всегда несло в себе негативный оттенок. А после слов «ты че, самый умный?» обычно били лицо. Причем, довольно сильно.