Нет, сказать, что известие о похищении Гроссмейстера (а даже первоклассник бы догадался, кто скрывался под фальшивым именем Радко Погана) оставило меня равнодушным — значило соврать. Я был разозлен и немного испуган, но довольно быстро взял себя в руки. Все идет именно так, как и предсказал глава Видящих.

— Я одного не понимаю, зачем ему Гроссмейстер? — спросила Рис через мое плечо. — Не легче ли было похитить Оливерио? Ведь он может видеть будущее.

Мы находились в букинистической лавке, располагающейся за «Харчевней». Странное здесь было место. Непохожее на сетевые книжные магазины — плохо освещенное, сплошь заставленное высокими шкафами с узкими проходами между ними, с лестницей, уводящей в подвал. Там, по всей видимости, было нечто вроде склада. Продавцом оказался сухонький невысокий человек с козлиной бородкой и толстенными очками в роговой оправе. И направлением Классификатор.

— Потому что предсказания Оливерио неточны, — отложил я «Древние культы Пелнира» в сторону, — ему надо хорошо знать человека, настраиваться на него. И даже в этом случае видения будут смутны. С Гроссмейстером ситуация противоположная. Он Оракул наоборот.

— Это как?

— Вот эту посмотрите, — перебил ее продавец, протягивая мне пухлый томик, — «История Отстойника: от Геркулеса до Оратора».

— А кто такой Оратор?

— Гитлер, — ответила Рис, — ну так почему Гроссмейстер это Оракул, только наоборот?

— Ну хорошо, погорячился. По силе не совсем Оракул. Возможно, его направление чуть похлипче. Однако суть верна. Оракул мог увидеть будущее любого человека, а Сплетающий Нити способен сказать тоже самое о прошлом. И чем ближе тот будет к объекту, тем информация точнее.

— Поэтому ему нужен живой Гроссмейстер, чтобы найти тебя.

— Ага. Происходящее минуту назад — это тоже прошлое. Обнаружить меня будет не так просто. Но Видящий сказал, что у нас пара дней. Наверное, станет сопротивляться.

— А Всадник будет его пытать…. Я бы сразу все рассказала. Тем более, если знаешь, что это неизбежно.

— Нет, ты не понимаешь, — сгреб я три книжки и вопросительно посмотрел на продавца.

— Шестьдесят грамм, — не дрогнув, заявил тот.

— Однако.

— Говорила же, дорого здесь.

Я отсчитал деньги, размышляя над книгопечатанием. В цепочке автор-издательство-торговец, последние, на мой взгляд, когда-нибудь окончательно погубят «бумагу» своими неоправданно задранными ценниками.

— Пойдем.

Взял три томика: «Историю Отстойника», «Путеводитель по пяти крупнейшим городам Пургатора», «Откуда есть пошла Ноглская земля» и убрал в инвентарь. Будет теперь чем заняться на досуге.