Как человек, что не торопится расстаться с жизнью, я решил не высовываться и дождаться, чем там все кончится. А оно все продолжалось. Громыхнула, по всей видимости, обрушиваясь, крыша. Потянуло гарью и дымом. И еще мне показалось, что я увидел знакомый туман, что не стелился по земле, а буквально полз по улице. Хотя нет, не показалось.

— Здорово! — громыхнул Троуг, вваливаясь в хибару.

По состоянию моего товарища было видно, что он немного навеселе. Ну как немного. Если быть точнее, Троуг оказался синим, как изолента. Непонятно, какая сила держала его на ногах.

— Быстрее! — донесся с улицы голос Рис.

— Идти можешь? — спросил корл.

— С трудом.

— Понял, не дурак.

Троуг взял меня на руки, как жених невесту, и мы выскочили из лачуги. Я даже удивился. Несмотря на крайнюю степень алкогольной интоксикации, двигался корл почти как трезвый. Что называется, мастерство не пропьешь. Ого, да тут вся честная компания — даже Лиций нарисовался. К последнему у меня было несколько вопросов, а судя по его виноватым глазам, у зверолюда имелись оправдания.

— Быстрее, быстрее, — торопила Рис, сама мародерствуя у пыльных кучек. Всего, что осталось от убитых стражников.

— Думаю, можно не торопиться, — ответил я ей, — это были все стражники, которые остались у Дер Саадета. По крайней мере, когда я покидал его.

— А куда другие делись?

— Кто-то ранен, кто-то умер. Долгая история.

— Все равно лучше поскорее убраться отсюда. Мне здесь как-то не по себе.

— Троуг, блин, у тебя здоровье на пару пьянок осталось, — отвернулся я, не в силах вынести чудесное алкогольное амбре с нотками невероятной вони.

— Скажешь тоже. У меня здоровья еще столько, что гвозди могу переваривать.

— А что за праздник-то?

Выяснилось удивительное. После того, как мы оставили парочку у Врат, Троуг чуть не извелся. Все порывался отправиться вслед, предчувствуя недоброе, а потом стал потихонечку глушить принесенную с собой фляжку. Рис кляла себя, что сама не досмотрела. При этом она почему-то сверкала глазами и неодобрительно глядела на меня, помахивая своим огненным посохом. Нашла таки.

Потом случилось странное. Как только «небо разорвалось» — Вратарь ушел. Натуральным образом воспользовался Вратами. Помня завет Ильича (мой, то бишь), парочка осталась на месте, в ожидании проводника в другие миры. Но первым пришел не он, а Лиций. Зверолюд поделился чудовищной историей о нападении, потом о бегстве от иномирцев и о коварстве Дер Саадета.

— Ты что, не знал, к кому идешь? — спросил я его.

— З-з-знал. Но захожие Иг-г-гроки часто пользуются услугами наркодилеров в обмен за щед-д-рое вознаграждение. У т-т-тебя были деньги, вот я и р-р-решил.