— Э-э-это что? — каким-то дрожащим тоном тревожно спросил он.

— Контрабанда всякая. Оружие в основном, ну или что вы там ещё вашему бойцу с собой надавали — я не смотрел, — сваливаясь в кресло — ох, что-то устал караул! — ответил я.

Теперь уже они оба впились в меня взглядами. А у меня — вот не поверите — разом куда-то делись все силы, языком шевельнуть не могу! Я пару раз раскрыл рот, беззвучно, как рыба на песке, Сергей что-то сообразил, отмер, метнулся в сторону, налил стакан воды, бросил в него какую-то шипучую таблетку, пару раз тряхнул, размешивая, протянул мне. Кисленько.

— Да уж. Что-то мне не по себе, — с натугой высказался я и поморгал глазами, пытаясь навести внезапно пропавшую резкость. — Если коротко — я выдернул вашего человека тоже. На Красную площадь, по-другому не получалось. Нас там менты спеленать хотели, пришлось убегать, уносить криминал. А его там прессуют, наверное, надо выручать.

— А ты сам-то как? — озабоченно надвинулся Сергей.

— А сам я…

Никак, наверное. Уплываю…

* * *

Очухался я в медблоке, под аккомпанемент довольно безобразной базарного типа ругани за дверью. Ну вот кто так строит, а? Лаются — прям как над ухом! Но ни слова при этом разобрать не могу. И голоса даже идентифицирую неуверенно. Только вот… это Рыжая, что ли? Ух, как скандалит. Жаль, не понятно ни черта. Попытался кого-нибудь позвать, но язык не слушается, и в голосе мощности нет — так, писк. А эти глухари токующие так орут, что меня не услышат уж точно.

Что сделать — полез вставать. Но силы свои переоценил, с кровати не поднялся, а наоборот — грохнулся на пол. Во всём есть свои плюсы, однако: услышали, замолкли. Вломились всей толпой, торчат в дверях — красные, злющие. Лина, Сергей, начальник местных медиков — всё никак не запомню, как зовут. Полковник утрешний, ещё кто-то с ним незнакомый, а дальше глаза внезапно заслезились, рассмотреть не успел. Лина с Сергеем продрались сквозь этих, хватают, тащат обратно на кровать.

И чего я, дурак, слезал? Вон как хорошо. Ещё посплю.

* * *

Когда толпа посторонних, всё еще приглушённо переругиваясь, наконец выползла из кабинета, Лина спросила уже более спокойным тоном:

— Вот ты скажи — почему?

— Что «почему»? — эхом отозвался Сергей, тоже подсаживаясь к непонятно зачем приткнутому здесь столу, только с другой стороны.

— Почему он так свалился?

Сергей немного помолчал, рисуя пальцем по столу что-то неопределённое.

— Ну, что молчишь? Я же знаю, тебе медики рассказали!

— Медики рассказали… — снова отзеркалил тот. — Да они сами ни черта не знают! В этом вся проблема и есть — никто ничего не знает, понимаешь?