— Наверняка, — я наблюдал, как женщина сходила к небольшому пузатому холодильнику оливкового цвета и достала оттуда изящную белую коробку с нарисованной на ней балериной. Упаковку стягивала бежевая лента, завязанная в изящный бантик.

— Оплата картой? — уточнила Зинаида, ставя тортик на прилавок.

Я кивнул.

— Прошу.

На обращенном ко мне небольшом экране высветилась сумма меньшая, нежели красовалась на ценнике. На мой молчаливый вопрос, хозяйка кофейни пояснила:

— У нас скидки для добрых друзей.

— Спасибо, — я расплатился и, попрощавшись, вернулся в машину.

Не успел захлопнуть дверь, как услышал звук оповещения. Катя выложила новый пост, который, к моему удивлению, оказался рекламой инсектария «Арахнолэнд». На видео Электра вполне себе искренне улыбаясь, позировала с мохнатым пауком на ладошке и звала всех посетить это чудесное место. Своего нового членистоногого друга она почему-то звала Эдиком и сетовала, что хотела бы забрать его домой, но он не продается.

— Дела, — протянул я, выключая телефон и убирая его в карман.

Двигатель заурчал, машина тронулась, и залитые искусственным светом улицы Чертаново поплыли мимо. Я потянулся к медиасистеме, чтобы включить музыку, но так и замер, когда увидел поднимающийся над ближайшим домом столп дыма.

— Диспетчер! — чуть ли не заорал я.

— Слушаю, — меланхолично отозвалась Зимина.

— Поблизости что-то горит?

— Возможно, — ответила Нина и застучала клавишами. — Да, недалеко от тебя камеры фиксируют дым.

— Скинь адрес.

— Зачем? — удивилась диспетчер. — Мы не пожарная служба. К тому же, ее уже вызвали.

— Адрес! — потребовал я.

— Хорошо. — Предупредила Зимина и добавила. — Но говорю сразу — за это тебе не заплатят.

Я не ответил, и, стоило навигатору обновить данные с ближайшим маршрутом, вдавил газ в пол. Неоновые огни за окнами превратились в стремительно отдаляющиеся размытые пятна. Служебный автомобиль проскользил по влажному асфальту, уходя в управляемый занос, после чего проворно юркнул в нужный двор.

У одного из подъездов уже толпились люди. Некоторые в домашней одежде, видимо, самостоятельно эвакуировавшиеся жильцы. Многие, задрав головы, смотрели на валящий из окна седьмого этажа дым. Другие же сосредоточились вокруг чего-то или кого-то чуть в стороне.

Остановив машину, я выскочил наружу и побежал к людям. Оказалось, что они пытаются успокоить ревущую девушку лет двадцати пяти. Ее округлое личико было перепачкано сажей, почерневшие от нее же руки тряслись, а короткий халатик выглядел так, будто им протирали пол в угольной шахте — даже цвета не получалось разобрать.