Затем разлил по стаканам заварку, долил кипятку и подвинул блюдца с сушками и конфетами, а также розетку с вареньем.

— О, сегодня у нас даже варенье, — ухмыльнулся я, — причём моё любимое, вишнёвое.

— Из дома ещё позавчера взял, жене сказал, на работе чай буду пить. В общем-то, не соврал, такие встречи, пусть даже и неофициальные — тоже часть моей работы.

Пока гоняли чаи, я по просьбе Сергея Борисовича делился деталями венгерской поездки, не утаил даже эпизод, когда местный меняла вымогал у меня советские десятки.

— Это распространённое явление, именно десятирублёвые купюры пользуются у них спросом, — подтвердил собеседник. — Кстати, узнаёте?

Он выложил на стол передо мной венгерскую газету, предварительно раскрыв на нужной странице. Что там было написано — я догадывался, так как на сопроводительном фото мне вручали награду за спасение ребёнка на пожаре.

— Дарю, — улыбнулся Сергей Борисович. — Вы молодец, рванули в горящий дом, не испугались, вынесли из огня ребёнка… Не страшно было?

— Наверное, где-то в глубине души. Бояться было некогда, к тому же сначала вроде не так полыхало, это потом уже огонь отрезал обратный путь к отступлению, так что пришлось выбираться через окно. Спасибо за газету!

— Не за что, мне она, собственно, ни к чему, а вам и вашим близким будет приятно. Так я про ресторан снова… А чью песню вы исполняли? Вы там говорили, её написала какая-то американская группа, «Нирвана», что ли…

— Так правду сказал, только эта группа появился лет через десять, а эта песня с альбома 93 года. Там практически все песни написаны лидером группы Куртом Кобейном. Жаль, прожил недолго, 27 лет. В 94-м, в апреле, он сбежал из клиники, где лечился от наркозависимости, приехал домой, приставил к голове ствол ружья и нажал на спусковой крючок. После смерти стал легендой, хотя, в общем-то, и при жизни уже собирал со своей группой стадионы.

— То есть сейчас авторские права на эту песню предъявить некому?

— В общем-то, верно, некому, — пожал я плечами и черпанул ложечкой ещё одну порцию вишнёвого варенья. — Сейчас Кобейну всего 11 лет от роду, и он вряд ли подозревает, что его ждёт.

— В таком случае вы могли бы озолотиться, выдавая ещё ненаписанные песни за свои, — как бы с налётом равнодушия произнёс Козырев.

— Мог бы, но наша группа… то есть ансамбль при училище, исполняет в основном песни, написанные мной в прежней жизни или частично уже в этой, плюс мой бас-гитарист кое-что подкидывает. Видите ли, в моё время, в будущем, я имею в виду, популярен такой жанр, как альтернативная история, или, проще говоря, попаданцы. То есть человек каким-то образом попадает в прошлое. Либо вместе с телом, либо его сознание вселяется в себя же молодого, как в моём случае, либо в чьё-то другое тело. Нередко писатели подселяли своих героев в тело Николая II, Сталина или вообще Гитлера.