— Полевой на проводе!

— Здравствуйте, Борис Николаевич, это Варченко из Пензы.

— Максим, ты? Здравствуй, здравствуй, молодец, что позвонил, значит, мама тебе всё передала… А что у тебя с голосом, простудился?

— У меня ломка началась, так что какое-то время буду влёгкую сипеть и давать «петуха».

— Понял, — хмыкнул издатель, — мужаешь, значит, хе-хе… Так вот, я ознакомился с твоей рукописью, она на меня, скажу честно, произвела невероятное впечатление. Если бы это написал взрослый, состоявшийся писатель, я бы, наверное, не сильно удивился, но когда такую рукопись приносит подросток… Ты извини, я до сих пор не могу до конца поверить, что это написано твоей рукой.

— Я вас понимаю, и нисколько не обижаюсь, на вашем месте я бы сам, наверное, до последнего сомневался. Но это моя рукопись, я писал её на глазах у мамы, консультировался с ветеранами Великой Отечественной, их имена, кстати, указаны в предисловии… А сейчас пишу продолжение приключений Виктора Фомина, уже в послевоенной Западной Украине.

— Ого, интересно было бы почитать…

— Пока только три главы написано, но думаю, что к весне добью книгу.

— Надеюсь, я первым из издателей прочитаю рукопись? — с невидимой мне улыбкой поинтересовался Полевой.

— Конечно, Борис Николаевич!

— К слову, я тут всё же хотел немного подправить твой текст…

В трубке пискнуло, и я сунул в прорезь 15-копеечную монету.

— Алло, меня слышно?

— Слышно, Борис Николаевич, говорите, у нас с вами ещё как минимум минута, и у меня в кармане ещё позвякивают 15-копеечные монеты.

— А, отлично… Так вот, я не хочу выреза́ть из романа сцены, буду давать всё в авторской редакции. Посмотрим, в каком виде рукопись выйдет из Главлита, могут и почиркать, но я постараюсь за тебя постоять, меня там уважают. Единственное, всё же опытным глазом человека, бывавшего на фронте, заметил некоторые нестыковки, я тебе о них при личной встрече подробнее расскажу. Ну и в нескольких местах хочу поправить стилистически, если ты не против. А теперь самое главное… Мне нужно, чтобы в течение января ты нашёл время подъехать в Москву с кем-то из родителей, потому что под договором должна стоять подпись совершеннолетнего опекуна. Будет у вас такая возможность?

— Думаю, изыщем.

— Прекрасно, там ещё и аванс тебе причитается… Запомни, мы в новом году на работу выходим 2 января, и работаем по графику: пять дней в неделю, с 9 утра до 18 часов вечера. В этом промежутке, когда приедете, сможете застать секретаря. Даже если меня не окажется на месте, она будет в курсе и вам останется только поставить подпись под договором да пройти в бухгалтерию. Но желательно вам всё же меня застать, так как мне хотелось бы ещё раз с тобой пообщаться, и в частности, пройтись по тексту.