Нажимаю на блокировку.
- Ты скоро спать?
- Да.
Выхожу в коридор.
Я теперь точно не усну.
Зачем так делать, Грачев? Ты нормальный? Зачем так врать?
И конечно, я не сплю. Скоро в комнате у Олега становится тихо, выключается свет. Это же не нормально, что ребенок… Да, он так закрывается от этого стресса. Но переживает же все в себе.
Грачев, гад, является только в два часа ночи. Когда слышу шорох в коридоре, поднимаюсь, накидываю халат и выхожу встретить, прикрывая за собой дверь.
- Ты чего не спишь? - шепчет, разуваясь.
- А вот не спится, - шиплю в ответ.
- Что случилось? - куртку убирает на вешалку.
Я включаю свет на кухне и иду туда. Он за мной.
- Учебная тревога, да?
Он ведет бровью. Глазами по сторонам и на меня,
поджимает губы.
- Мне Олег рассказал, про твои “учебные”, - беру в мнимые кавычки пальцами, - тренировки.
- Тань…
- А что нельзя было нормально сказать?
- И ты типа не волновалась бы?
- А чему я должна волноваться?
Он смотрит на меня долго.
Не отводит взгляд.
Потом вздыхает.
- Тань….
- Что?
- Ты правда хочешь знать?
- Да.
Я скрещиваю руки на груди.
- В принципе… мы не женаты еще, поэтому ладно. Расскажу. Может, тебе надо знать, к чему готовиться. Из-за этого ушла моя жена. Поэтому тебе лучше не привязываться ко мне и не принимать очень близко к сердцу все. Это моя работа. Я ее на другую не променяю.
Глава 29
Мне уже страшно от этого вступления.
Я, конечно, в общем понимаю, что за работа, но все же.
- Сядь.
- Может, ты поешь?
- Потом.
Садимся друг напротив друга. У Грачева ни царапины, но вид уставший, ему бы отдохнуть, выспаться.
- Это была не учебная тревога.
- Это я уже поняла. А что?
- В городе работала вооруженная группа. Вышли на них ночью. Надо было перекрыть район. Они забаррикадировались в гаражах. Один с обрезом. Второй с травматом. Нервы на пределе.
У меня внутри все холодеет.
- С оружием?
- Да.
- Они стреляли?
Он молчит и это еще хуже ответа.
- Такие в панике стреляют первыми.
- Жень? Я старший группы, поэтому иду первым. Потому что если что-то пойдет не так, я отвечаю.
Сжимаю дрожащие от волнения пальцы.
- И ты что, мог не вернуться?
Смотрит с секунду.
- Ну, ты скажешь тоже, как я могу не вернуться к вам, тут же сын и ты теперь, - усмехается спокойно, - покормишь, если что-то есть?
Спокойствие его мне, конечно, не передается. Может, лучше и не знать. Хотя как не знать, тогда еще страшнее. Где? Что? Когда? С кем?
Наливаю ему тарелку супа и ставлю в микроволновку, чтобы разогреть.
Снова оборачиваюсь.
- Не волнуйся, я в бронежилете, в каске, все стратегически важные органы закрыты.
- Мы их взяли. Без погибших. Без жертв. Это главное. Я вернулся. Видишь?