* В Ойкумене значение слова «король» несколько отличается от нашего. Исторически короли как самовластные правители были упразднены после объединения всего континента под властью одного владыки. Во времена Старой Империи король по юридическому содержанию — назначаемый губернатор провинции с возможностью (но не правом) наследования титула и соответственно прав/обязанностей. Формально прежний порядок действует и сейчас, так что Буривер или его потомок вполне может стать королем, то есть признанным волей Императора наместником объединенных северных земель.
Глава 25 Унакский переворот
Лукас помотал головой, зажмурился, потер больные глаза. Откинулся на спинку стула, обтянутую для тепла оленьей шкурой, снова закрыл глаза. Будто песку сыпанули щедрой рукой! Паршивого, с галькой…
Что ж, надо всенепременно внести в список ящик хороших восковых свечей! Жирники и лучинки, это, конечно, весьма выгодно для экономики герцогства, но свое личное зрение дороже. Не хватало еще ослепнуть, горбатясь на далекого, пусть хоть трижды сиятельного рыцаря, который нежится в теплом, не продуваемом всеми ветрами сортире! Сидит, понимаешь, греется! А ты разбирай тут полуграмотные каракули!
И пергаменту надо бы несколько стопок заказать. И перьев… Хотя, нет, перья вычеркнуть! Уж с чем тут хорошо, так это с гусями! Щипай — не хочу! Хоть из крыльев, хоть из хвостов.
Изморозь с трудом задвинул жутко скрипучий ящик стола — с деревом тут тоже все хорошо, с мастерами паршиво. Нет склонности к изящной работе, везде норовят такое соорудить, чтобы с их скамейкой можно было на медведя идти. Привыкли руки к топорам…
Подул на замерзающие пальцы — вроде и стены надежно законопачены, и печь жарко горит, а все равно холодно. Пронзает лучше точеного шила! Вода по утрам в лужах звонко хрустит, а в океане потихоньку покрывается тонким слоем «ледяного сала». Не опоздать бы! А то не хочется вмерзнуть в лед и несколько лет носиться посреди айсберга, изображая призрак из старых морских легенд. Придется сожрать всю обувь и половину команды — хватит и одного Людоеда на Нугру, народ пугать!
Плыть в Любеч решили давно. Все откладывали. А надобность с каждым днем становилась все заметнее и заметнее — и запасы подходили к концу, и склады забивались добычей так, что приходилось по домам растаскивать мешки. Но не получалось резко все бросить и отплыть.
Оно ведь как бывает? Надо сделать одно, затем другое, третье… И все такое нужное! И с Кастором порешать бы, и незаконную порубку пресечь. И к зимовке подготовиться, набить тюленей, пока не ушли к материку. Как океан схватиться льдом, из всей доступной добычи останутся разве что птицы, рискнувшие выбраться во владения Белого Безмолвия! А ими гарнизон не прокормить! На одного Керфа десять чаек в обед нужно.