— КП флагмана оповестили?

— Так точно, — не отрываясь от трубки, ответил офицер связи.

— Будет ли необходимый эффект? — Вопрос командира был скорей «сам в себя».

Об эффективности тут разговор и не вёлся. Пуская зенитные ракеты, задачи проткнуть их осколочно-фугасной боевой частью забронированный по горло линкор, не ставилось. В данном случае расчёт строился на том, что не преодолевшая и половины дальности, не выработавшая до конца топливо, твёрдотопливная ступень В-611 будет ещё гореть, найдя пищу для пожаров. Тем самым дав наводчикам на дальномерных постах «Советского Союза» и «Кронштадта» дополнительные визуальные ориентиры.

— Но опять же, — продолжал мыслить вслух каперанг, — смотря куда прилетит. Линкор времён 2-й мировой это тебе не пластиковый «Шеффилд» из восьмидесятых «фолклендских», тут сплошь железо. По логике траектория полёта ракет — по нисходящей, должна накрывать палубу и надстройки. Ну-ну, с равным успехом раскалываясь о любые бронированные бока. Бонусом стала бы возможность зацепить дальномерные и антенные посты. Но их там на каждом штук по пять не меньше[145] . Не существенно. И уж во всяком случае, при наведении по радиокоманде на общий маркер цели, о том чтобы влепить в слабозащищённую боевую рубку «Кинг Джорджа» — только помечтать. Вероятность подобной избирательности пренебрежительно мала.

Ревущим шипением с направляющих ПУ сорвались очередные… Два удаляющихся факела ушли по наклонной, забирая вверх, продолжая оставаться заметными светящимися точками — время работы двигателя было соизмеримо со временем полёта ракеты на максимальную дальность. Всё происходило без командирской указки. Каждая дивизион, каждый расчёт занимался своим делом. Группа визуального контроля отслеживала результаты попаданий ракет, дополняя собой общую картину.

Вид из рубки был ограниченным, и Скопин сместился к правому остеклению, откуда можно было хоть что-то разглядеть.

То и дело озарявшиеся залпирующими всполохами советские линейные корабли, находясь всего в километрах пяти, давали чёткие почти контрастные в перепадах света и тьмы образы.

Пальба противника едва угадывалась чередой зажигающихся и тухнущих огоньков по горизонту. Как оказалось что-то неплохо поджечь можно и на забронированных громилах. На одном из линкоров заметно так заплясало огоньком пожара, что особенно стало видно в приближении бинокля. — Кто горит?

— Головной.

— «Дьюк».

Каждая батарея ЗРК — «нижняя» № 1 и «верхняя» № 2 (из-за линейно-возвышенного расположения комплексов «Шторм») продолжала работать по «своему» линкору, распределение пало на выбранные приоритеты дуэли двух флагманов «Советского Союза» и «Дьюк оф Йорка». «Кронштадт» концентрировался на «концевом» (это по идее должен быть «Энсон»), иногда перенося огонь на средний мателот в британском строю. Однако запроса на «подсветить и его» с линейного крейсера почему-то не поступало.