Предложение старшего артиллериста было поддержал командир корабля, натолкнувшись на нетерпимый взгляд вице-адмирала, да штурман на всякий случай набросал приблизительные пунктиры на расстеленном ватмане своего стола…

…весь обмен мнениями затмил надрывный свист очередных подлётных снарядов — противник напомнил о себе.

В этот раз «люстры» зажглись прямо по носу линкора, брызнув в рубочную щель нещадно бельмящим сетчатку свечением. Кто вовремя успел прикрыть ладонями глаза, кто опоздал… — все, шипя наперебой, чертыхались.

Не дожидаясь распоряжения замешкавшихся вышестоящих, вахтенный офицер отдал команду на перекладку руля, так как, несомненно, вслед за «осветительными» полетят бронебойные.

Линкор тягуче повлекло на двадцатиградусном коордонате, выводя из-под накрытия тяжёлых снарядов — всплески встали с большим недолётом, левее по скуле. Ещё два упали, ненамного, но ближе. Вдогон прилетели ещё четыре, так же заметным отступом.

— Головной лесенкой бьёт[146] ! Полузалпами!

— Значит, показаниям артиллерийского радара не доверяют. Разброс большой, кидают, как бог на душу положит!

— Ещё бы…

То, что в них ничего до сих пор не попало (как и в «Кронштадт»), можно было отнести на счёт удачного маневрирования, сбивающего вражескую пристрелку.

Наверняка свою долю вносил и «Кондор», не перестающий ставить радиолокационные помехи. Британцам приходилось больше уповать на оптические дальномеры… то-то они дорвавшись до пределов дальности своих универсальных орудий, не жалели осветительных снарядов — в воздухе творилась настоящая свисто… свето-пляска.

Не замедливший очередной падающий залп, очевидно второго в британском строю линкора, визжа и воя, вонзился в воду по правому траверзу. Вслед за этим легли ещё три снаряда, в этот раз не более чем в ста пятидесяти метрах от борта, докатившись дробным раскатом.

Эти звуковые удары уже не воспринимались как что-то оглушительное, залпы своих орудий главного калибра звучали гораздо мощнее, особенно передаваясь отдачей, отыгрывающей всем корпусом шестидесятитысячетонного корабля.

Линкор, отсчитав положенные на коордонат секунды, медленно начал катиться в другую сторону, возвращаясь на курс, оставив предназначавшиеся ему очередные всплески за кормой, на раковине, на сей раз крайне близко — ещё бы метров пятьдесят и не избежать поражения! Следовало признать — с учётом всех противодействий, отнеся несколько в ряду промахов совсем уж на случайных характер, англичане показывали себя неплохими профессионалами.

«Чего не скажешь…», — Гордей Иванович мысленно выругался, возроптав. Слыша, как Бородулин по телефону что-то наговаривал своим непосредственным подчинённым в главный артиллерийский пост, частя цифрами и специфической терминологией.