— Вот и всё, новый сарай, — заявил батя. — Можно всякое барахло хранить, как и раньше. А то, что понадобится вскоре, положим потом на антресоль.

Потом закрыли подвальный отсек, поднялись из подвала, закрыли дверь в подвал и хотели уже подняться, как неожиданно нос к носу столкнулись с какой-то бабкой очень сурового вида, которая вошла в подъезд. Одета она была в длинное сиреневое пальто мешком и шарообразную вязаную шапку с вышитым сбоку цветочком. На ногах валенки.

— А вы кто такие? — недружелюбно спросила бабка. — Вы чего по подвалу лазаете? Милицию вызвать? Али в прокуратуру написать?

— Мы новые жильцы, — объяснил батя. — В двадцать второй квартире живём. Сейчас в подвал ходили, вещи таскали.

— Я старшая дома, Антонина Петровна! — строго сказала бабка. — Вы знаете, как у нас здесь принято жить? У нас принято жить спокойно, мы люди культурные: нельзя пить водку, мусорить в подвале и в подъезде, а также во дворе. Мусор носить знаете куда?

— Не знаем, — отрицательно качнул головой батя.

— Мусор надо носить за больницу, туда мусорка приезжает с 6 до 6:30 вечера, — заявила старуха. — А пищевые отходы выбрасывайте в бачок, который стоит у подъезда. Только стекло туда и всякую дребедень нельзя бросать, а то штраф большой! Всё ясно? И чтобы квартплату вовремя платили! Если что — милицию вызову или участковому напишу!

Сказав последние слова, старуха не стала выслушивать ответ на них, а, вздёрнув нос, начала подниматься по лестнице вверх. На втором этаже была дверь с небольшой эмалированной табличкой, на которой написано: «Ветеран социалистического труда Антонина Петровна Жабова». Бабка открыла эту дверь, вошла внутрь и с грохотом захлопнула её.

Некрасовы поднялись в свою квартиру. Так и познакомились с первым человеком, живущим здесь. Вернее, уже со вторым человеком. Первым был их сосед.

…Соседа Женька увидел в этот же вечер. Сидели, смотрели телевизор, как неожиданно клацнул входной замок. Сначала было даже непривычно, что ты живёшь в квартире и к тебе запросто может зайти какой-то посторонний человек. Женька с любопытством уставился на то, как в коридор вошёл мужик в чёрном пальто, старой потрёпанной кроличьей шапке, с авоськой в руке. Мужик, увидев, что на него смотрят, кивнул головой, открыл замок своей комнаты, попав дрожащей рукой в скважину лишь с третьего раза, и вошёл внутрь, задев авоськой косяк. Внутри звякнули бутылки.

Женька почему-то сразу понял, что сосед пьющий. Вид у него такой, словно он сильно побитый жизнью. Пальто явно не первой свежести, шапка старая, брюки неглаженные, на ногах суконные боты«прощай, молодость» . Первое впечатление оказалось не обманчивым: холостяк Виктор Демидов был тихим и беспросветным запойным алкоголиком. Жил один уже много лет в захламлённой донельзя комнате. Женька как-то случайно обнаружил, что, уходя, сосед забыл запереть дверь. Движимый любопытством, понимая, что так делать не стоит, но всё-таки открыл дверь и посмотрел, что там находится.