– Ой, да подумаешь. Трупом больше, трупом больше. Какая разница? — усмехнулся Черный.

Я развернулся, игнорируя внезапный порыв сбросить этого тупорылого солдата со стены, чтобы не мешал. Но позади тоже не оказалось Иных. Внизу еще шли бои с внутренней стороны стены, но там уже вовсю резвятся три химеры, довольно хиленьких, между прочим.

— Позор рода моего, — сплюнул Черный им вслед.

— Не боевые проекты, — попытался я оправдать их вид. Красная пелена перед глазами отступала. — Да и геном у них устаревший. Бледные какие.

Черный не стал спорить, а я бросился к противоположному краю стены. Иные действительно отступали, но не все. Просто ближайшие из тварей медленно пятились, выходя из-под огня последних турелей, что еще могли стрелять.

Как ни посмотри, а меньше Иных не стало. По крайней мере, так кажется. Летуны все еще носились над полем, не вступая в схватку, а туши Черепах по-прежнему висели на стене отвратительными чужеродными наростами.

От поля боя веяло жаром и горелой плотью. Кажется, именно так и должно быть в аду? Символично. И котел хороший подобрали. Вроде такая же консервная банка, как и Альтаир, но компания веселей.

На стене действительно никого из противников не осталось.

Нашел Харда, с ног до головы залитого кровью, но так и не снявшего боевую ипостась. Мэр немного хромал, похоже ему крепко досталось. Остальные химеры хоть и были грозными боевыми единицами, выглядели не лучше.

Все-таки на одном эфире далеко не уедешь без свежего генома.

— Что это было? — спросил я, подходя ближе.

— Да если бы я знал, — ответил мэр, в промежутке между раздачей приказов.

Турели спешно останавливали вручную, чтобы окончательно не угробить раскаленное оружие. Повсюду неспешно бродили солдаты, словно они были в бреду. Стонали раненые, кто-то плакал, другие добивали все, что шевелилось. Стандартная картина после победы. Только вот победой в этот раз и не пахло.

Иные нас пощадили. Только вот почему?

Какого хрена тут происходит? Мы положили немало тварей, но они уже взяли стену. За несколько минут выкосили больше половины защитников и могли спокойно добить оставшихся.

— Кажется, я понял, что это было, — произнес Хард и указал рукой в сторону Иных.

От бесконечной массы щупалец, когтей, хитина, пластин, наростов, клыков и бог знает чего еще отделилась одинокая фигура. Она медленно двигалась к воротам, не обращая внимания на трупы под ногами.

Фигура была человеческой, выглядела как человек, двигалась как человек и даже поскальзывалась на окровавленных ошметках совсем как поскользнулся бы человек.